Одновременно с осознанием этого я заметил, как тело Троцкой начало подавать признаки жизни. Она шевельнулась, открыла глаза и приподняла голову.
— Не вздумай по ней ебн…уть! Там твоя Ирина! Успел я ее перехватить на отлете к небесам, — скороговоркой пояснил магистр.
— В смысле, Ирина? — я с опаской глянул на второй пистолет на пояске Троцкой. Заряжен — нет?
Троцкая привстала, оттолкнув ногой звякнувшую корону, ошарашено оглядываясь по сторонам.
— Ах, да, забыл. Ты же у нас тупой. Объясняю на пальцах, — Сеймур-Весериус поднял один палец, загораживая собой Троцкую.
— Первое: благодаря моим стараниям Ирина после смерти не успела отправиться к Перуну. Ясно, да? — он поднял второй палец. — Второе: я ей предложил занять тушку Троцкой. И третье: она согласилась, — он поднял третий палец. — Что неясного?
— Саша, он врет? Разве наша мама умерла? — Наташа с трудом поднялась на ноги.
— Нет, Наташ, очень похоже, что он не врет, — я снова взял сестру за руку, на этот раз крепче, чтобы она по непониманию не наделала глупостей.
Вместе мы сделали несколько шагов по проходу в сторону раскрытого саркофага. Наташа настороженно поглядывала на Весериуса, тут же посторонившегося, давая проход ведьме. И едва сестренка увидела распростертое тело Ирины на полу, то вскрикнула и бросилась к ней.
— Наташ! Наташенька! Я теперь здесь! — подала голос Светлана-Ирина. Кое-как она смогла подняться, опираясь на постамент саркофага. Ее ноги и руки дрожали — видимо последствия электроразряда.
Наташа плакала, сжав кулачки и не обращая внимание на воззвание бывшей Троцкой. Наверное, так и должно быть. Слишком мы прикипаем душой к зрительному образу любимого человека. Как же потом трудно принять новую реальность!
— Наташенька! — я обнял ее сотрясавшуюся от рыданий, и когда она стала реже всхлипывать, объяснил еще раз: — Мама умерла в этом теле. Ее убила Троцкая за несколько минут до твоего прихода. Но магистр Весериус — я тебе уже рассказывал о нем — помог маме занять тело Троцкой.
Теперь она здесь. Успокойся! Мама с нами, и ей уже ничто не грозит.
— Наташ… — Ирина в новом теле подошла к дочери и обняла ее.
Я опасался, что сестренка сейчас психанет и случится что-то опасное со стороны ведьмочки, но нет… Она обмякла, и позволила новой Ирине себя обнять, и потом уже плакала, прижавшись к ней.
Ну вот, вроде бы наступило какое-то понимание очень сложных для восприятия вещей.
