Я остановился, будто собираясь закурить, и тем временем снял образ негра-привратника кафетерия. Хотя он крупноват комплекцией, думаю, я натренировался, чтобы держать его достаточно стабильно. Назвал заготовку «Шоколадный Заяц».
Мы направились к Лубянке. Просто так, прогуляться и попутно заглянуть в алхимическую лавку. Нам нужен волшебный лубрикантик.
Глава 21. Нихрена не помню
Все-таки с ночлегом в «Метрополе» мы передумали. Когда в сумочке твоей женщины лежит тюбик с лубрикантиком, то лучше домой. И сделать это все в самых комфортных условиях.
Конечно, Ирочка немножко поорала. От избытка эмоций порвала простыню. При чем на моей кровати. И член у меня болел. А у нее без сомнений задница.
— Как тебе такое? — спросил я, отдышавшись.
— С ума сойти! Как хорошо, что я этого никогда не делала! — уткнувшись лицом в подушку, она подрагивала от смеха.
— Но ты же кончила — значит тебе понравилось, — вот сейчас я ее не слишком понимал.
— Саша, но какой ценой! — она повернулась ко мне: теперь смеялись только ее серые глаза.
— Ценой всего лишь двадцать копеек, — напомнил я о стоимости зелья для ее задницы.
— Давай договоримся так: это мы будем делать по очень большим праздникам, — она вдруг вскочила. — Ой, не могу! Я в туалет!
— Но праздник нас будет хотя бы через день! — бросил я ей в след.
Спали мы в моей комнате на разорванной простыне. Не по-графски? За то я ее трахнул еще два раза. Утром проснулись поздно, такие милые-милые друг к другу. Я вам скажу без пизд…жа: хороший анал очень сближает.
Может быть кто-то подумает, что я сейчас говорю глупости, но я искрение озвучиваю то, что на самом деле чувствую. Это непередаваемо. Такое ощущение, будто ты через жопу проникаешь в саму душу близкого тебе человека. И оно дорогого стоит. На очереди Наташа.
Следующий день обещал стать очень сложным днем. Ведь мне предстояли непростые разговоры с Троцкой. После завтрака до полудня я расширял канал с Эфиром, подкачивался энергией. Тренировал техники основных для меня школ: «Жеста Лицедея» и «Пути Разума».
Поэкспериментировал с новой заготовкой, призванной обезопасить меня от чрезмерного внимания к дамам. Назвал я ее «Крепкий Орешек». Пока не могу быть уверенным в ее эффективности, но лучше хоть что-то против убойного обольщения Троцкой. И появились у меня кое-какие опасения: побочным эффектом «Крепкого Орешка» может стать неуверенная эрекция. Разумеется временно: только на время активности заготовки.
После обеда я чувствовал нарастающее волнение Ирины.
