Мы вышли вместе и поднялись на второй этаж. И уже в коридоре, я обнял ее и прижал к себе, целуя в шею.
— Пожалуйста, Саш, не надо. Не надо так, — часто дыша произнесла она.
— Тогда скажи мне еще раз честно, — я заглянул в ее глаза. — Тебе это нравится?
— Да… — ответила она не сразу. — Из-за тебя я плохо спала эту ночь. Пусти меня. Мне нужно собираться.
Она пошла к своей комнате, а я стоял в коридоре, глядел ей в след и думал: «Я очень постараюсь, чтобы эту ночь ты спала хорошо. При чем в одной постели со мной».
После обеда я съездил в «Аполлонию».
Хозяин ресторана не подвел, и две бутылки редкого в Византийской губернии вина теперь были у меня. По пути заехал на Николаевскую и купил роскошный букет роз. Когда я вернулся, меня неожиданно посетил Весериус, и мы с ним позанимались часа полтора-два. Честно говоря, я не понял причин его визита. Ничего нового магистр мне не открыл, а обычная практика по известным мне техникам — так это я могу и без него. Поболтали о всяком, он как обычно с шутками, приколами.
Но кое-что меня озадачило, когда он уже исчез. Озадачили его слова:
— Светочка Троцкая хороша. Хороша, чертовка. Я бы ей и сам засадил. Жалко нет на примете подходящей тушки. Ну такой, чтоб ей не стыдно было впереть.
Вот зачем это он сказал? Старый развратник. Просто так поделился своими хотелками? Вряд ли.
И времени моего он потратил изрядно. До ужина оставалось всего ничего, а нужно мне было многое успеть. Я поспешил в хозяйственное крыло, отыскал Пелагею Никоновну и выведал у нее, что Ирина Львовна больше всего любит на ужин.
Внес в перечень названых блюд кое-какие коррективы и пожелал именно эти яства. Причем приготовить все это на час позже и подать в покои Ирины Львовны.
Когда приехала Ирина, я встретил ее в фойе и сообщил, что ужин состоится на час позже, меню утверждено мной и все будет подано в ее покои. И когда она приоткрыла ротик, чтобы высказаться, я добавил:
— Таково решение мужчины!
Она порозовела и, и было видно, что сдерживает смех.
Когда мы поднялись на этаж, она остановилась у поворота к себе и спросила:
— Саш, ну что ты такое задумал? Зачем это все?
— Я хочу сделать тебе приятное.
Очень надеюсь, что преуспею в этом больше, чем Лапин, — ответил я, не спеша ее отпускать.
— Дался тебе Павел Иосифович. Ты в самом деле ревнуешь меня? Скажи правду? — она сделала шаг ко мне.
— Вся правда откроется в твоих покоях. Приду через час, — я развернулся и пошел к себе."
"Было искушение выйти на тонкий план и заглянуть к ней.
