— Я — всё… — оглядывает свою комнату.
Лёгкие шторы поднимаются под порывом ветра. Закрываю окно и здесь. Захожу в ванную комнату. На сушилке ее бельё…
Замираю от неожиданности. Тонкие кружевные трусики нежно-розового цвета. Веду по кружеву пальцами, представляя, что делаю это когда они надеты на ее идеальные бедра. Сжимаю пальцами шелковистый треугольничек, вшитый в кружева. Который касался её…
— Демид?… — из комнаты.
Сминаю в кулак. Рефлекторно убираю в карман.
Ну ты даёшь, Черкасов. Дожил… Трусики крадешь!
А что такого? Моей женщины же трусики.
Кому я здесь должен их оставить?
Даже если никогда у нас с ней ничего не будет, все равно моя. Не потому что принадлежит мне, потому что я уже принадлежу.
Закручиваю вентиль рядом с душевой кабиной. Краем глаза замечаю блеск. У зеркала висит ее лемби на цепочке. Подставляю ладонь, рассматривая медальон внимательнее. Снимаю.
Выхожу к ней. Поднимаю на Злату взгляд.
— Ты забыла кое-что.
Демонстрирую медальон, поднимая с ладони за цепочку.
Растерянно смотрит.
Делает нерешительный шаг в мою сторону. Я сжимаю цепочку крепче. Злата ловит мой жест и не моргая смотрит в мои глаза.
— Не хочу отдавать… — признаюсь я.
— Ладно, — подрагивает её голос и покорно добавляет: — Оставьте.
Сжимает пальцами косу, лежащую на плече.
Та-а-ак… Приглядываюсь к ней внимательнее.
— Это — выбор? — уточняю я.
Кивает.
Моё лицо нервно подрагивает. Мне хочется разнести все вокруг от бешенства! Потому что в этот момент я не должен стоять как истукан. И это мука адская — не иметь возможности принять её выбор каким-нибудь человеческим способом.
Поцелуем, например.
Подхожу, надеваю на неё лемби.
— Ты мне его отдашь потом, хорошо? Когда будешь не вынуждена, а захочешь этого. Как мы договаривались.
Я не могу поцеловать ее, поэтому прикасаюсь на мгновение губами к медальону, прежде, чем его отпустить.
— Идём…
Глава 10. Доверяй мне
Злата сидит рядом, на переднем сидении. Я чувствую удовлетворение от этого факта. Ловлю себя в едва контролируемом порыве — положить ей руку на бедро и там ее и оставить, пока веду тачку.
Давно забытое ощущение — желать касаться девушки все время. Сливаться с ней тактильно. Не только во время секса. Но вместо этого надеваю гарнитуру и договариваюсь о том, чтобы нам провели церемонию закрыто. Рано утром.
— Послезавтра, да, — уточняю я по телефону.
— Демид, — негромко. — Наш юрист в отъезде. Он вернётся третьего.
Через три дня.
— Это долго, Злата. Зачем тебе юрист? Договор составлен.
