Толпа молодёжи, закрывает удаляющегося мужчину с девочкой. Моему ребенку не так повезло с папой. Но что ж теперь…
Опускаю взгляд вниз. Портмоне. Это тот мужчина потерял! Наверное, из заднего кармана выпало, когда присел. Ищу его взглядом. Уже растворился в толпе!
Открываю кошелек, в надежде найти там номер телефона. Но там деньги… Пластиковые карты… На имя «Volkov Zahar». И фотография семьи.
— Что случилось? — подходит Демид.
— Человек портмоне потерял.
— А Тихий где?
Тихон скатывается стоя во весь рост с горки, у ледяного полотна которой мы стоим.
Проезжая мимо, падает. И со вскриком бьется об лёд — спиной и затылком.
— Боже! — вскрикиваю я тоже. — Тиша!
На автомате засовываю портмоне в карман и срываюсь к нему.
— Ну, куда? Собьют с ног. Стой! — притормозив меня, Демид помогает ему подняться и вытаскивает на снег.
— Как ты? — отряхиваю варежками с него снег.
Тиша смотрит расфокусированным взглядом.
— Стрёмно… — хватается за затылок. — Плывет вс""e.
Присаживается на ледяную букву у горки.
— Поехали в больничку, пусть посмотрят, — решает Демид.
Уводит нас на стоянку. Я еще раз оглядываюсь, может, увижу того мужчину с девочкой. Но их нет. Пока едем, Тиша жалуется, на тошноту, а я ругаю его за дурацкую идею — кататься стоя.
Сдаём его врачам. МРТ, невролог, хирург… У нас — сотрясение.
— Поехали, Золотинка.
— Куда?! А Тиша?
— Пусть позагорает часик под капельницей. У нас дело есть. Мне нужно забрать личные вещи из офиса. Там немного, но личные. А на обратном пути заберем Тихого.
— Может, я здесь с ним?
— Да ладно тебе, — улыбается Дэм, взрослый уже парень, заканчивай нянчиться.
Здесь медсестричек с ним взвод. Без тебя справятся.
— Тиш, мы скоро, — заглядываю в палату.
Их ресторан на первом этаже сегодня не работает. Праздник! Дэм сказал, что всех отпустил. Но охрана здесь.
— Демид Альбертович, Альберт Маркович распорядился никого не пропускать наверх.
— Тебе кто деньги платит, Макс?
— Вы.
— Есть еще вопросы?
— Нет. Окей. Но я вынужден сообщить вашему отцу, сами понимаете…
— Да бога ради, — дергается в пренебрежении верхняя губа Демида.
— Я заберу свои вещи и уеду. Никаких экшенов.
Мы поднимаемся на второй этаж. Там женщина в униформе моет полы.
— Здравствуйте, — застывает она.
— Как Ваша дочь? — замедляет шаг Демид.
— Большое Вам спасибо! Мы на реабилитации, операция прошла успешно. Она будет ходить.
— Я очень рад!
Заходим в кабинет.
— Демид Альбертович… — тихо в спину.
— Да?
— У Вас там вчера… искали. Всё перерыли.
