Но, не останавливаясь на этом, Хаджар отправил каплю дальше – в энергетическое тело.
Боль, которая пришла следом за этим, подействовала на него лучше любого согревающего напитка.
Энергия, недавно скованная инеем, взорвалась силой и ярость. Мистерии меча разлетелись по округе.
Но и так – Хаджар не остановился. Он, очередным усилием, отправил каплю металла еще дальше – в мир его души.
– Руааар! – раздался нечеловеческий рев.
– Глазам своим не верю…
– Да кто такой этот простолюдин…
Глава 672
Среди лесов и долин, холмов и рек, стояла гора.
Веками на ней жили самые животные. Они охотились, сражались и умирали, охотились и размножались. Они становились сильнее, чтобы выцарапать себе место под солнцем, скрытым сенью густых крон.
Деревья, хвойные и лиственные, широкие и короткие, росли на этой горе. Так же, как и все живое, они стремились к далекому солнцу. Они прятали под собой лесную жизнь и позволяли бесчисленному множество птицу вить на себе гнезда.
Со стороны, кажущейся золотым, пшеничного поля мчался всадник.
Развевались его дорогие, сотканные из мерцающей, волшебной ткани одежды. Длинные волосы были убраны в тугой пучок, украшенный прибором изысканного изящества и красоты.
Любой мастер в Семи Империях, увидев такую красоту, мгновенно разочаровался бы в собственных способностях. А уж о седле, в котором он сидел, да и о скакуне и говорить не стоило. О коне, который нес всадника, тысячелетиями бы слагали легенды и пели песни барды.
Все в этом удивительном всаднике, начиная мысками его ботинок и заканчивая кончиками ресниц, буквально кричали о его необычности.
О том, насколько он высокого рода и положения.
Возможно, даже Императоры были бы вынуждены ему поклониться.
Добравшись до горы, всадник резко затормозил и соскочил с коня. Упав на колени, они низко поклонился и коснулся лбом сложенных ладоней. Только в этот момент из-под его длинных волос показались миниатюрные рожки.
– Простите меня, министр Джу, – произнес всадник. – но я вынужден вас потревожить.
Он протянул перед собой ладонь.
Мощная волна воли пронеслась по горе. Она буквально смывала с неё всех, кто был не достаточно силен, чтобы выдержать её давление. Сотни животных падали с мгновенно остановившимися сердцами.
Обтесывались хрупкие камни, сминались молодые, тонкие деревья. Гора будто бы вздрогнула.
Не глупым преувеличением было бы сказать, что попади такая волна воли и энергии по городу смертных, и тот был бы мгновенно уничтожен… Вместе со всеми жителями.
