– Красные?! Клянусь, я не нарочно, Вайолет. Я ничего не забирала у тебя нарочно! О боги, я превращаюсь в вэйнителя?
«Она как Наолин», – сказал Тэйрн.
– Не превращаешься. – Я сняла ее руки с плеч и вперилась в темноту, прислушиваясь к звуку шагов, стуку когтей по камню.
– Нет?..
– У тебя манифестировалась печать, – прошептала я, силясь разглядеть что-нибудь в пещере. – Переброс. Ты можешь вбирать и перераспределять чужую силу.
Андарна вышла на свет, но не кровь на ее пасти привлекла мой взгляд, а кровь, капающая с отравленной колючки на хвосте.
– Ты его убила. – Я выдохнула, чувствуя бесконечное облегчение. – Ты убила Соласа.
Гордость и тревога захлестнули меня одновременно, но я не успела поднять щиты раньше, чем все мое существование заполнил голос Тэйрна.
«Истребительница».
* * *Ксейден ворвался в комнату, когда целительница заканчивала осмотр моих глаз, сперва в тени, а потом на свету.
– Вайолет… – Он застыл в нескольких метрах от меня, сидевшей на краю кровати. – Кэт? А ты тут что забыла?
– Она спасла мне жизнь.
Меньшее, что я могу сделать, – проследить, чтобы ее вылечили, – ответила Кэт.
– Что она сделала? – Ксейден подался вперед, когда целительница наконец выпрямилась.
– Ты слышал. Она закрыла меня от того огромного оранжевого дракона. – Кэт встала со стула – того самого стула, где сидел Ксейден, пока я несколько дней отсыпалась после Рессона и удара отравленного кинжала вэйнительницы. – Спасибо, Сорренгейл. – Она чуть не подавилась этими словами, двинувшись мимо Ксейдена на выход.
– Понимаешь, Солас… – начала объяснять я.
– О, я уже все знаю! – вскипел он. – Мне рассказала Сгаэль.
– Ты был на собрании. Не хотела тебя тревожить. – Я следила за пальцами целительницы.
– Тревожить? – Пол затопили тени.
Целительница заметила их и заморгала.
– Все будет хорошо. Не думаю, что это контузия, но шишка на затылке немаленькая, и следите за швами на руке. – Целительница подняла серебристую бровь, глядя на меня.
– Конечно. – Я подняла перебинтованную левую ладонь. – Спасибо.
Она кивнула, потом попрощалась и скрылась в коридоре.
Я смотрела на Ксейдена, а он напряженно смотрел на меня.
– Если хочешь ссориться из-за чар, то давай, но выслушивать обвинения за то, что пробилась к выходу из пещеры, я не собираюсь.
Он ринулся ко мне и поцеловал – мягко и медленно.
– Ты жива, – прошептал он у моих губ.
– Судя по сердцебиению, да.
– Хорошо. – Он выпрямился, сложив руки. – А теперь можно ссориться. Ты чем думала, спасая Кэт?
Я моргнула.
