Вот я как чувствовала, что с Мором будет не все так просто! – Но она и так в вашей власти.
Что-то я совсем запуталась и не могла понять, к чему ведет темный.
– Нет, она мне в этом плане не интересна! – усмехнулся Верховный. – Я говорю о другом. Мой интерес может вызвать лишь такая, как ты. Второй такой нет, остается ждать, когда появится дочь.
– Какая дочь?!
Или мне кажется, или кто-то сошел с ума.
– Твоя дочь, Лоран, которую ты носишь.
– Что?! – в один голос воскликнули мы с Лоргусом.
– Да-да.
Я тоже был удивлен. Думал, что мне показалось тогда, в парке, но сегодня убедился – ты беременна.
Я вспомнила, как в парке Темнейший поглаживал мой живот, когда мы сидели, и при переносе сегодня его рука лежала там же, когда он прижимал меня к себе. Боги, я беременна?! Взгляд упал на родовой артефакт на руке, и я вспомнила слова Лоргуса о том, что он способствует зачатию.
– Почему вы так уверены, что будет дочь?
– У Золотых сирен первыми рождаются девочки. Самые одаренные, наследницы.
– Моя дочь не будет вашей наложницей! – яростно воскликнула я, в защитном жесте прикасаясь ладонью к своему животу.
– Кто говорит о наложнице? – делано удивился темный. – Я понял, что если встречаешь особенную девушку, нужно сразу делать ее женой.
Лоргус мягко потянул меня к себе и обнял. Прислонилась к нему, все еще пребывая в растерянности. Понять не могла, как так?! Не успела еще в полной мере осознать, что я беременна, как моего ребенка уже делят. Морос смотрел на нас, и было заметно, что увиденное ему не нравится.
– Хорошо, будет вам брачный контракт, – мрачно произнес Лоргус.
– Что?! – Я извернулась в его руках, заглядывая в глаза – убедиться, что не ослышалась.
– Верь мне, – одними губами произнес супруг.
– Но если моя дочь будет против, я первая помогу ей сбежать! – откровенно заявила я Мору. Что удивительно, на его лице впервые за нашу встречу появилась искренняя улыбка.
– Ты считаешь меня не способным очаровать женщину? – провокационно произнес он.
И таким тоном, что мне тут же вспомнился наш поцелуй в конюшне, то, каким обходительным и притягательным он был, когда я у него гостила. Ведь если бы Верховный не устроил встречу с Корнелиусом, очень вероятно, что я бы не захотела покидать его поместье, где чувствовала себя защищенной. И кто знает, что могло бы между нами быть.
Щеки опалил румянец, но я не отвела взгляд, через силу произнеся:
– Напротив, в этом вам нет равных.
