Но я здесь при чем?"
"Кайл так горячо убеждал, что не выдержала и написала: «Лично мне все равно, появится у меня огонь или нет».
В уголках памяти таились объяснения Темнейшего насчет способа пробуждения стихии, но мне даже думать об этом было противно.
– Тогда зачем?! – растерянно спросил рыжий. Из него как будто весь воздух выпустили. – С тобой об этом не говорили? – дошло до него.
Я отрицательно покачала головой. Кайл встал и схватился за голову, взлохматив себе волосы.
– Не понимаю…
После всего сказанного было тяжело объяснить свои мотивы, но Кайл ждал, и мне пришлось.
«Харн. Он… – Рука замерла. Было неимоверно трудно сформулировать мысли и признаться. Пришлось приложить усилие, чтобы закончить. – Он поцеловал меня в нос. Мимоходом. Но я испугалась, что он действительно меня поцелует. Не хочу бояться».
Кайл, пока я писала, подошел ближе и прочитал. Через силу подняла глаза и стала свидетельницей того, как каменеет его лицо. Исчезают все эмоции, а взгляд карих глаз становится обжигающе ледяным.
– Ты хочешь потренироваться в поцелуях со мной, чтобы… когда Даг… тебя поцелует… не бояться?
Слова падали, как камни, а бесстрастным тоном сделанное предположение просто убило.
Я буквально поперхнулась воздухом и замахала руками.
«Он мой опекун!!! С ума сошел?!» – написала гневно.
– Лоран, тогда что?! – воскликнул рыжий. Показное спокойствие Кайла рассыпалось в один момент. Мы уставились друг на друга, тяжело дыша.
Я первой отвела глаза, уже жалея о своей затее. Как же все глупо получилось! Но нужно было попытаться хоть как-то объяснить свои мотивы, чтобы не усугублять ситуацию.
Только сделать это, когда рыжий нависает надо мной, казалось нереальным. Резко встав, я взяла бумагу и перешла на софу. Положив листы на колени, попыталась взять себя в руки и собраться с мыслями.
Кайл, конечно, помнит, какой я была в начале нашего знакомства. Уже тогда он о многом знал или догадывался. Было неимоверно стыдно, но я постаралась писать откровенно.
«Ты помнишь, как я шарахалась раньше от любого прикосновения.
Думала, справилась с собой, но ничего не забылось. Харн же ничего такого не сделал, а мне в голову полезли гадости. Мне мерзко от самой себя, что я пусть и на миг, но подумала о нем плохо. Извини меня за просьбу, просто хотела показать себе, что не все мерзавцы. И поцелуй – это всего лишь один поцелуй, за ним не следует ничего плохого».
Слова давались с болью, в груди все сдавило. Перечитав, поняла, что не смогу отдать Кайлу. Это глубоко личное.
