И никогда не выбраться. Будто ухнуть в морскую глубину и остаться на дне. Навечно.
— И на вкус ты, как дешёвка, — сиплым, будто простуженным голосом говорит Артур. — Блевать от тебя тянет.
От обиды, которая копилась во мне весь этот день, я всхлипываю и кривлю губы, готовая разреветься. На что парень только холодно и победоносно усмехается. Снова голову опускает и языком проводит от влажного плечика, собирая капли не успевшей высохнуть воды, до ямочки за ухом.
— Такая же на вкус, — повторяет с рыком.
И снова смыкает зубы на коже.
Теперь за ушком.
— Пусти меня, — всхлипываю, начиная реветь, не в состоянии скрыть слезы.
Рядом с Артуром я чувствую себя особо жалкой. Особо беспомощной и никчёмной. Каждое его слово, каждый его жест способны причинить дикую боль. Даже его взгляд. Поэтому я начинаю активно вырываться. Извиваться на полу, мотая головой и причитая:
— Пусти. Пусти меня. Пусти! Я хочу домой! Я хочу домой. Пусти меня, пожалуйста. Не мучай меня, — извиваюсь, как уж на сковороде.
— Прекрати ерзать, пока я не взял тебя прямо здесь, Заучка!
— Пусти, — не слышу парня.
— Тупая идиотка, — выплёвывает в лицо, склоняясь ниже и касаясь своим носом кончика моего.
А потом, лизнув мою левую щеку, слизывая дорожку слез, освобождает мои запястья, отталкивается от пола, с лёгкостью поднимается и выпрямляется во весь рост. Теперь он возвышается надо мной, широко расставив ноги. Смотрит сверху вниз своим ледяным взглядом. Уничтожающим. Сжигающим дотла.
А я так и лежу на полу, в луже, с вытянутыми над головой руками.
И реву. Тихо, беззвучно. Даже не всхлипывая. Отвернув голову и крепко зажмурившись.
— Жалкая Заучка. Какая же ты жалкая.
Он склоняется, подсовывает руки под мою спину и колени, вздёргивает меня с пола вверх. Я испуганно взмахиваю руками и захлебываюсь слезами, начав кашлять. Пальцами вцепляюсь в плечи Артура, чтобы не потерять равновесие и не упасть обратно на пол.
— Какая ты жалкая, — повторяет, вжавшись носом в мой висок.
Парень подходит к моему рюкзаку, который я уронила на пол, чуть присаживается, берёт его и передаёт мне в руки.
— С-с-с-пасибо, — заикаясь, говорю я. — Пусти меня, пожалуйста! Я п-п-п-ойду домой!
— Заткнись.
— Я сама пойду, Артур. Пожалуйста. Я тяжёлая!
Артур резко останавливается. Ставит меня на ноги и грубо толкает к стене.
— Что за фигню ты несёшь, Заучка? — грубые пальцы грубо сжимают мою челюсть. — Ты совсем ***нулась? Стоять, — рычит, опуская руки на плечи и очень грубо меня встряхивая.
