Я шел, прекрасно понимая, что увижу Наиру, и готовился к полному равнодушию, готовился к своей моральной победе.
А победила она. Маленький пламенный цветок, притягательный и обжигающий.
Я смотрю на нее весь вечер и ощущаю, как жжет все внутри. Это сгорают мои принципы, моя воля, мое сердце.
— Маленькая дрянь, — ругается на родном языке брат, не отводя взгляда от белокурой подружки Наиры, сжимает не хуже меня подлокотники кресла, и теперь мой через возвращать ему насмешливое:
— Брат, осторожно, кресло сломаешь…
Он смотрит на меня странно отсутствующим взглядом, а затем скалится, словно зверь.
— Мне кажется, брат, что здесь женщины не умеют себя вести, — кивает на Наиру, подставившую ушко долговязому парню. Он что-то шепчет ей, а руки с талии опускаются чуть ниже. Чуть-чуть, но я вижу разницу. И зверею.
— Да, согласен, брат… — голос у меня хрипит, а взгляд наливается красным. Все в огне! Я в огне! Сожгла меня, русалка огненная!
— Надо научить, да? — комментирует брат ситуацию, не отрываясь уже от блондинки.
— Да, надо… — эхом отвечаю я. — Обязательно надо…
Глава 34
— Нэй, еще раз хочу поблагодарить за отличную организацию мероприятия, — у Боба слегка заплетается язык, и я с некоторым беспокойством посматриваю в начало переулка. Когда уже такси приедет?
Коллеги потихоньку расходятся, но пока еще только те, у кого семьи и нельзя задерживаться допоздна. А свободные люди гуляют. Судя по разговорам, многие планируют веселиться до упаду. Наверно, это и в самом деле признак хорошей организации?
Я не могу пока анализировать эти моменты, слишком устала, слишком вымотана.
Причем, не столько физически, сколько эмоционально.
Азат так и не двинулся с места за весь вечер. Развалившись в кальянной вип-зоне, он с видом восточного ленивого бея, отслеживал каждое мое движение. И хищный острый взгляд вообще не вязался с общей расслабленностью позы.
Наверно, именно потому, что он так неприлично, нисколько не стесняясь того, что нас могут неправильно ( или правильно) понять, проявлял свой интерес, я злилась все больше и больше.
И глупости делала одну за одной.
Танцевала слишком много, смеялась слишком громко, позволяла Тодду прихватывать себя за локоть и шептать на ушко неловкие комплименты.
Лаура, весь вечер тоже крутившаяся в зоне видимости, словно специально вертевшая ногами и бедрами под волчьим взглядом Адиля, лишь подмигивала в ответ на мой обеспокоенный вид, смеялась еще громче, чем я. И кокетничала вообще со всеми.
