Я все равно не планирую в айти сфере работать, сама знаешь, мама зовет в свой центр…
— Лэй, но…
— Нэй, прости меня…
Я смотрю на удаляющуюся фигуру Лауры и ощущаю, как в груди все сжимается тревожно и болезненно.
Я так и не поговорила с ней, так и не рассказала про изменения в своем статусе. И видела по глазам подруги, что сейчас мои откровения явно будут не к месту.
Все же, братья Наракиевы — это жуткие черные смерчи для несчастных женщин.
Просто кто-то привыкает и находит со своим личным смерчем единый ритм движения, а кто-то не может этого сделать…
Я уверена, что мы еще обсудим это все, еще поговорим по душам.
Но нескоро.
И это больно.
Я возвращаюсь в кабинет и, не выдержав, опять открываю письмо-приглашение на собеседование от крупной айти-корпорации. Это — совершенно не конкурент “ЮМИ”, их даже сравнивать смешно: это как сравнить дельфина и кита.
И сейчас кит активно меня , что называется, “хантит”. Оцениваю предложение по зарплате, социальному пакету и прочим приятным вещам и закусываю губу.
Очень заманчиво. Очень… Как быть?
Интересно, как узнали обо мне? Кто рассказал?
Приходит сообщение от Боба:
— Нэй, жду тебя в конференце.
Ничего себе…
Иду по коридору, встречаю его на полпути. Боб кивает и сворачивает к курилке, явно приглашая за собой.
Заинтригованная, подчиняюсь.
— Нэй, без предисловий, времени мало, — начинает Боб, стоит только за нами закрыться двери, — ты видела предложение от “АйЭмСистемс”?
— О… Но откуда?.. — и тут до меня доходит.
— Да, это я тебя туда предложил, — кивает Боб, — только не для распространения, Нэй, договорились? Мне предлагают там должность директора по развитию.
На три страны, Нэй. Не мне тебе говорить, какие это перспективы. И я хочу, чтоб ты ушла со мной. Подумай. Здесь будет направление на восток и Азию… И на всех этих направлениях уже сидят ставленники новых акционеров. Мне не пробиться. А там… Там другой масштаб. И для тебя тоже, понимаешь, Нэй?
— Но этично ли это, Боб?
— А что тут неэтичного? У нас даже продукты не пересекаются! Короче говоря, Нэй, думай, сегодня вечером мне нужен ответ.
Киваю, иду обратно в глубокой задумчивости.
Невероятно заманчивое предложение.
Вот только… Азат… Что он скажет?
* * *— Я скажу “нет”! — грозный рык Азата заставляет жалобно звякнуть стеклянные перегородки опенспейса.
Учитывая, что мы находимся в его кабинете, через две стены, это прямо удивительное дело.
Я молчу, выпрямившись, смотрю твердо в его черные от ярости глаза.
