— Хорошо, — продолжает говорить гинеколог. Уже и имя из головы вылетело, потому что мысли крутятся вокруг того, что бы сказал Никита, узнай, что станет папой. — Тогда вот набор анализов для вас. Вот для отца…
— Отца нет, — Никита не узнает. Не нужно ему это. У него политика, карьера, жена. А то, что было между нами, ничего незначащий эпизод. Для него. А для меня целая жизнь, что теперь будет расти внутри меня. Разве может быть что-то важнее?
Врач пожимает плечами, убирает бумаги в сторону и достает из ящика белого стола талон.
Наверное, это в порядке вещей. Когда мамочки приходят и говорят, что отцов нет. Сколько еще таких девчонок, которые решили рожать, несмотря на одиночество, уверенные, что поступают правильно.
В любом случае самое важное, чтобы отец малыша никогда не узнал о том, что зачал ребенка. Потому что ему нельзя рушить карьеру. Потому что он женился два с половиной месяца назад. Потому что я люблю его. Не хочу портить жизнь.
А самое главное — не хочу, чтобы его ревнивая жена Надя заподозрила мое положение и связала это с Никитой.
Потому что тогда она обнародует мое прошлое. И не видать мне тогда спокойной жизни. Нигде.
— Вот направление на УЗИ. Вот анализы. Запишитесь на прием, когда все сдадите, — протягивает врач мне все документы, и я автоматически их забираю.
— Хорошо, — киваю в прострации, невольно цепляя взглядом плакат с ребенком у женской груди. Скоро и я буду так кормить.
Опираясь рукой, чувствуя, как от счастья кружится голова, прощаюсь и иду к двери.
В коридоре сразу встречаюсь с большими глазами светловолосой Васи. Мы с ней встретились первый раз, когда она на отдыхе попала в гарем в Саудовской Аравии. А я там уже была, еще совсем маленькая. Ее тогда спасли, а меня подобрали военные. На долгие десять лет наши пути разошлись. Но теперь она рядом. Пришла в самый сложный момент и подставила тонкое плечо. Свое и своего мужа Макара Черкашина. Теперь они мои друзья и я знаю, что в любой беде могу обратиться к ним. Или просто зайти в гости.
Васька волнуется, кажется, больше чем я.
Сидит, теребит край своей голубой юбки. Но, не выдержав моего молчания, подскакивает.
— Ну?!
— Да…
Она понимает все правильно. Именно она привела меня сюда. Именно она догадалась, почему меня постоянно клонит в сон, а когда поднимаюсь по лестнице, задыхаюсь.
— Ты должна сказать Никите. Звони прямо сейчас, — подходит близко, берет под руку."
"— Ни за что, Вась. Никогда. Он, конечно, рано или поздно узнает о беременности.
