Я ошарашенно смотрю на него.
– Гидеон…
Он быстро обменивается взглядом с Ридом и подталкивает меня назад.
Я и глазом не успеваю моргнуть, как оказываюсь на улице, таращась на дверь. Гидеон не вступился за меня, не попросил остаться, не сказал брату, что тот перешел всякие границы, приказав мне убраться из их дома. Вместо этого он дал мне ключи от своей машины и вытолкал за дверь.
Я еще с минуту потрясенно смотрю на дверь, а потом залезаю в «ровер» Гидеона и уезжаю.
6
ГидеонТри года назад
– Прости, – говорит Рид, как только я закрываю дверь за Саванной.
– В чем дело? – сухим тоном спрашиваю я. После того, что сейчас произошло, мне повезет, если Сав снова заговорит со мной, а о том, чтобы прикоснуться к ее совершенному телу, можно вообще забыть.
– А ты как думаешь? Опять мама. Я увел близнецов от нее подальше, но Истон пришел домой.
– Ох, зашибись! – Но примерно этого я и ожидал, когда отвечал на звонок брата. – Где они?"
"– В маминой спальне. Она напрвлялась к близнецам в домашний кинотеатр, но Истону удалось заманить ее наверх.
Я могу проверить, как она, а ты, если хочешь, присмотри за младшими, – предлагает Рид.
– Нет, я сам. – Я толкаю его в сторону нашего крыла, где, должно быть, сейчас и находятся близнецы. Нашим младшим братьям ни к чему это дерьмо. Черт, да никто из нас не должен с ним разбираться, но мы с Ридом – старшие и должны защищать остальных, раз наш старик забыл про нас. Вспомнив про отсутствующего родителя, я спрашиваю:
– Ты звонил папе?
– Конечно.
Ответил дядя Стив и сказал, что у отца «встреча». – Рид показывает пальцами кавычки.
– Ясно.
Другими словами, папа трахал какую-то шлюху и не мог подойти к телефону. Я поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Может, у меня получится все уладить за полчаса, и тогда я смогу притащить свою жалкую задницу к Сав. Посмотрим кино у нее. Или отвезу ее куда-нибудь. Чем меньше времени пройдет, тем больше у меня шансов получить ее прощение.
Но как только я оказываюсь на последней ступеньке, меня охватывает дурное предчувствие.
Мамины рыдания слышны даже в коридоре. Я останавливаюсь перед двойными дверями, делаю вдох и только потом вхожу. Мама сидит на диване, спиной ко мне и лицом к французским дверям. Окна открыты, в комнате дубак. Я быстро оглядываюсь вокруг. На комоде стоят две пустые бутылки вина. Я пересекаю комнату и нахожу Истона сидящим на полу у маминых ног. Между его ляжек зажата еще одна бутылка.
