— Мадам… можно, я развяжу ей руки?
Алтея равнодушно пожала плечами:
— В ее нынешнем состоянии она уж точно никуда не сбежит.
Уильям отнес Кэтрин на второй этаж, опустил на узкую, пахнущую плесенью кровать в ее прежней комнате и развязал ей запястья. Потом аккуратно выпрямил тело, сложив руки на груди, как укладывают покойников в фобу.
— Простите, мисс, — пробормотал он, глядя в ее полуоткрытые, невидящие глаза. — Мадам Алтея — все, что у меня осталось. Я должен ей повиноваться.
Глава 30
Лорд Гай Латимер жил в новом районе Лондона, на западной стороне, в окружении живописных мирных строений.
Рядом, в лесистой низине, тянулся аккуратный строй домов с лепными фасадами. Прежде Лео не раз доводилось здесь бывать. Хотя чистенькая улица и дом выглядели безмятежно, тягостные воспоминания, связанные с этим местом, заставили Лео невольно содрогнуться. По сравнению с домом Латимера даже грязные трущобы Ист-Энда показались бы ему скромным обиталищем священника.
Соскочив с коня, прежде чем тот успел остановиться, Лео бросился к парадной двери и замолотил по ней кулаками.
Все его мысли были заняты Кэтрин. Отчаянная надежда, что Латимер не успел причинить ей зло, мешалась со страхом, что худшее уже случилось. «О Боже, нет», — молил он про себя.
Но тревога за девушку не могла вытеснить из его сердца жажду мести. Он готов был превратить Латимера в кровавое месиво.
Лео не сомневался, что Гарри мчится следом за ним и скоро покажется, но не собирался ждать.
Дверь отворил возмущенный дворецкий. Лео оттолкнул его в сторону.
— Сэр…
— Где твой хозяин? — резко оборвал его Лео.
— Прошу прощения, сэр, но лорд Латимер не… — Дворецкий испуганно взвизгнул, когда Лео схватил его за лацканы сюртука и пригвоздил к ближайшей стене. — О Боже, сэр, умоляю вас…
— Говори, где он.
— В библиотеке, сэр… но… ему нездоровится…
Губы Лео скривились в дьявольской усмешке.
— Я быстро его вылечу.
В холл вошел лакей, дворецкий заскулил, прося о помощи, но Лео уже выпустил его. Несколько мгновений спустя он ворвался в библиотеку.
Там было темно и жарко. В камине пылал огонь, слишком сильный для этого времени года. Латимер развалился в кресле, уронив голову на грудь. В руке он сжимал полупустую бутылку. Обрюзгший, с оплывшим лицом, на котором плясали желтые и красные отблески пламени, он казался грешником в аду. Его рассеянный, бессмысленный взгляд скользнул по лицу вошедшего, и Лео понял, что Латимер вдребезги пьян. Нужно было пить несколько часов без остановки, чтобы так налакаться.
