А брак с мисс Дарвин — совсем другое дело.
Лео с Кэтрин остановились перед дверью в номер. Пока девушка держала спящего хорька, Лео достал из ее сумочки ключи и отпер дверь. Кэтрин не удостоила его даже взглядом.
— Можно мне войти? — спросил он.
— Нет.
Сделав вид, что не слышал отказа, Лео вошел в комнату вслед за Кэтрин и затворил дверь.
— Не смею вас задерживать, — угрюмо пробурчала Кэтрин, укладывая Доджера в маленькую корзинку. — Уверена, у вас полно дел. Для начала вам следует изменить имя на разрешении на брак.
— Нет, это разрешение не годится. Если я женюсь на мисс Дарвин, мне придется приобрести новое разрешение.
— Надеюсь, это обойдется вам недешево, — с издевкой произнесла Кэтрин.
— Да. — Лео подошел к ней сзади и нежно обнял. — Но есть и еще одна трудность.
— Какая? — сердито осведомилась Кэтрин, пытаясь вырваться.
Губы Лео коснулись краешка ее уха.
— Мне нужны вы, — прошептал он. — Только вы, и никто другой.
Кэтрин замерла. Веки ее сомкнулись — соленая влага жгла глаза.
— Так вы приняли ее предложение?
Лео ласково уткнулся лицом ей в шею, прижался губами к нежной впадинке под ухом.
— Нет, конечно, глупая гусыня.
У Кэтрин невольно вырвался вздох облегчения и гнева.
— Тогда зачем вы притворялись, что собираетесь жениться на ней?
— Потому что вас следовало подтолкнуть. А иначе вы будете тянуть с ответом до тех пор, пока я не превращусь в старую, никчемную развалину. — Ловко направив Кэтрин к кровати, он опрокинул ее на матрас. Очки отлетели в сторону.
— Что вы делаете? — возмущенно выкрикнула она, приподнявшись на локтях.
Пышные юбки, отяжелевшие от воды, приковали ее к постели. — У меня промокло платье.
— Я помогу вам его снять. — Заботливый тон Лео плохо вязался с лукавым огоньком в его глазах.
Кэтрин барахталась в ворохе юбок с бесчисленными оборками, пока Лео с поразительным проворством расстегивал крючки и петли. Казалось, у него не две руки, а великое множество — он поворачивал Кэтрин то на живот, то на спину, его пальцы мелькали с невероятной быстротой, как у фокусника.
Не обращая внимания на ее гневные протесты, он стянул с Кэтрин тяжелую нижнюю юбку из накрахмаленного муслина и бросил на пол. Затем туда же отправились туфли. Перевернув Кэтрин лицом вниз, он начал расшнуровывать украшенный рюшами корсет.
— Как вы смеете, я вовсе не просила, чтобы меня лущили, как кукурузный початок! — Она изогнулась, пытаясь увернуться от рук Лео, и пронзительно взвизгнула, когда тот развязал тесемки на ее панталонах.
