— Я пообещал отвезти его в наши боксы, — продолжает он невпопад, подсказывая, что борется с двумя противоположными желаниями: выговориться и лечь спать. — Баров же никогда не был в моей команде, а там многое осталось, как было при Денисе. Я покажу ему, нам обоим это надо. Надо как-то примириться, научиться жить с этим.
— Сейчас тебе нужно поспать, Макар.
— Да, — он кивает, — да, ты права."
"Я почему-то уверена, что мы справимся без крепких ребят из охраны. Я помогаю Макару, подставляя плечо и подтягивая наверх, насколько хватает женских сил.
Он падает на кровать и смотрит на мое лицо, пока я снимаю с него рубашку с футболкой, и то и дело мешает мне широкими ладонями.
— Я справлюсь быстрее в одиночку, — улыбаюсь ему, откидывая его беспокойные пальцы. — Расслабься уже, тебе правда надо отдохнуть.
— Ты же останешься?
Меня удивляет его вопрос. Я совершенно никуда не собиралась и думала, что это очевидно.
Я останавливаюсь, оставляя наручные часы, которые уже почти сняла. Под моими пальцами прохладный циферблат, а перед глазами — напряженное лицо Макара.
Он словно так и не пришел в себя после разговора с Баровым, он как оголенный нерв, снял с себя все защиты и не боится показаться уязвимым. Показать, что по-настоящему нуждается во мне.
— Конечно, я останусь, милый.
Я все же снимаю часы с его запястья.
— Но при условии, что ты сейчас закроешь глаза и начнешь засыпать.
Моя ладонь накрывает его глаза, чтобы он не думал жульничать. Впрочем, Макару плевать на мои угрозы. Он вытягивает руку, обхватывая меня за плечо, и рывком притягивает к себе.
Ему не хватает сил на изящество или хоть малейшую осторожность, так что он считай бросает меня на свою грудь.
— Прости, — шепчет он, понимая, что переборщил.
— Я всегда знала, что ты дикарь. Ничего нового.
Я продолжаю держать ладонь на его глазах и устраиваюсь повыше, чтобы не давить на него всем весом. Мне хочется побыстрее связаться с Алексом, но оставить Макара — выше моих сил. Да и врач не звонит, значит ничего критичного не случилось.
— Я тебя не заслужил, — неожиданно произносит он, после чего дотрагивается губами до моих волос.
Я теряюсь от прилива нежности, который накрывает меня с головой. Как мягкое одеяло. Как нагретый на солнце шелк. Как самое сокровенное обещание. Как признание лучшего мужчины на планете.
Я запрокидываю голову и молча целую его в щеку, царапаясь об легкую щетину. Мне становится смешно из-за этого и я едва удерживаюсь, чтобы не потрепать его за скулу. Но нет. Пусть спит.
