Если не акцентировать внимание на медицинском персонале и специальном оборудовании, то можно подумать, что где-то поблизости должно шуметь море.
Почти что курорт.
Я день за днем, неделя за неделей обживаюсь в новом месте и курсирую между несколькими адресами. Марина отсутствует и я незаметно становлюсь кем-то вроде правой руки Макара. Я бываю у него в квартире, когда нужно что-то найти и привезти, заезжаю в офис, который в первый раз поразил меня видом из стеклянного бастиона на каменные джунгли, навещаю юриста Макара и его пресс-секретаря.
Последний отчаянно отбивается от папарацци и знакомых Макара. Слухи плодятся быстро и уже все в курсе, что Макар вернулся в город, покончив с эксцентричным заточением. Кто-то даже успел его похоронить и теперь рвется в числе первых навестить. Кто-то хочет прислать букет цветов с воодушевляющей визиткой. Кто-то напомнить о сделке, которую они обговаривали, но не успели заключить. Кто-то шлет ему фривольные сообщения и новые телефоны для связи.
И так далее. И так далее.
Я выслушиваю сокращенный отчет помощницы Макара, посматривая на часы. Потом забираю бумаги, подготовленные для него, и недовольно качаю головой. Их слишком много и с каждым днем становится больше.
— Я понимаю, — помощница кивает. — Но они звонят и звонят. Макар оставил столько дел, когда неожиданно исчез год назад… Поверь, я делаю строгую выборку, тут только самое необходимое. То, на что он должен взглянуть.
Мне тоже остается лишь кивнуть.
Я сама понимаю, сколько накопилось дел у человека такого размаха, как Макар. Контракты, проекты, договоренности. Это не моя размеренная и спокойная жизнь с очень ограниченным кругом знакомств. Если пропаду я, за год образуется лишь стопка неоплаченных счетов, да наберется океан слез близких людей.
— Не обещаю, что покажу сегодня.
Я поднимаю ладонь, останавливая протесты помощницы.
— У него сегодня много занятий. Он все-таки на лечении, и ему нужно хоть иногда отдыхать.
Я и так задерживаю папки от помощницы.
Когда вижу, что Макар вымотан или занятие прошло не лучшим образом, откладываю их в сторону и отвлекаю его беседой ни о чем. Я теперь так тонко чувствую его состояние, что хватает одного взгляда в его сторону. Или одного взгляда в сторону Алекса. По лицу врача тоже можно сделать стопроцентный вывод. А там уже вносить коррективы: показать папку или лучше уговорить Макара спуститься в парк и подышать свежим воздухом.
