И, несмотря на то, что Хаджар вновь не почувствовал ни единой толики энергии, возмущений в потоках Реки Мира, мистерий Духов или чего-то подобного, он явно ощутил, что попади такой бумеранг по нему и…
Возможно, если бы он успел призвать Черный Клинок и Зов, активировал Королевство Меча и направил всю силу на защиту, то, в прямом столкновении с этим “простым” огненным бумерангом, отделался бы серьезными переломами и ожогами.
В противном случае уже стучался бы в двери праотцов.
– В Зеленом Доме, племенной Лазурного Облака, считается оскорблением кланяться людям в той манере, как сделал ты, – довольно строго произнес Иблим.
– Не со зла, – ответил Хаджар. – я не знаю ваших обычаев, но, клянусь, не имел намерения оскорбить вас или ваших богов и…
Хаджар уже успел мысленно попрощаться с другом и сестрой. Говорящий с Природой замахнулся огненными бумерангом и почти выпустил из его рук, как перед ним встала та самая девушка.
– Это лишь чужак! – едва ли не выкрикнула она. – он глуп как детя и слеп, как водяной крот! Не отнимайте у него дар Вечных Истоков!
– Анетт, – в голосе Прокладывающего Путь звучало даже нечто более крепкое, чем закаленная сталь.
– Отец, – девушка тут же рухнула на колени. Обняв себя за плечи, скрестив локти на животе, коснулась лбом земли.
И, видит Высокое Небо, более странного поклона, Хаджар еще никогда не встречал. Хотя и осознавал, что в этом жесте заключался некий сокровенный смысл.
– Твоя мать стирает белье на реке, ей требуется помощь.
– Да, отец, – и девушка, поднявшись на ноги, но не смея встречаться ни с кем взглядом, покинула шатер.
У самого порога она задержалась и даже слегка дернула головой в сторону Хаджара, но, так и не осмелившись повернуться, вышла наружу.
Через край отодвинутой шторы, сделанной из бусин, Хаджар успел заметить насколько оживлена деревня снаружи.
– Из неё получится хорошая Охотница, – Аблим опустил бумеранг и, дернув запястьем, вернул огонь обратно… в костер. – Я чувствую дыхание Перворожденных на её коже и слышу шепот Природы в шелесте её волос.
– Ты просто слишком любишь племянницу, брат мой, – едва заметно улыбнулся Иблим, а затем повернулся к Хаджару. – Большим оскорблением в Зеленом Доме считается поклон Оскверненным. Но смертной ошибкой – упомянуть, даже мимолетное взмаха птицы-бабочки, их лживое имя.
Хаджар не был идиотом.
Глава 853
– Начнем сначала, племенной Лазурного Облака, – Иблим поднялся и отошел к плетеной корзине.
