– Простите, что заставил вас ждать, – фигура, завернутая в походный, черный плащ, опустилась около двух пустых надгробных плит.
Рядом шумел прибой озера. Качались кроны фруктовых деревьев. Кусты роз, холмы тюльпанов и ворох простых, полевых цветов.
Рука, покрытая алыми татуировками, смахнула листья и траву с холодного камня.
“Урожденный Эрен Дюран, старший лейтенант Лунной Армии, потерянный брат и найденный друг. Пусть праотцы встретят тебя медом и хлебом”.
Фигура достала из мешочка, привязанного к поясу, обручальный браслет.
Широкий, коричневого цвета, такой надевали на предплечье мужчинам.
Мужчина положил браслет на надгробие, затем опустился, коснулся лбом камня и замер на некоторое время. Когда же он поднялся, то откупорил бутылку вина, сделал два больших глотка, вытер губы и вылил оставшееся содержимое на землю.
Затем он счистил поросль и со второго надгробия.
“Сера, горячая ведьма южных песков. Верная возлюбленная и прекрасный друг. Пусть праотцы встретят тебя сладким молоком и хлебом”.
Мужчина положил на надгробие тонкий, белый кожаный обручальный браслет, а затем два пустынных цветка.
– Кто ты такой? – лезвие широкой сабли уперлось в спину мужчине. – Как попал в баронский сад?
Светловолосый юноша, в простых одеждах, источал ауру развитой стадии Рыцаря Духа. Позади него обросли щитами десятеро легионеров империи. Наспех вооруженные, со щитами, они уже активировали свои артефактные доспехи и теперь выглядели, для Баронств, одной из самых грозных сил.
– Мы скоро встретимся, друзья, – прошептал мужчина.
– Спрашиваю еще раз – кто ты такой?
– Постой, Ренен! – баронесса Элейн, отмахиваясь от бегущих следом служанок, пытающихся облачить свою “хозяйку” в платья, в одном только ночном белье, выбежала в сад.
– Баронесса, – тут же поклонился светловолосый Ренен, но сабли не убрал.
Элейн остановилась около воинов. Она смотрела на черноволосого мужчину, завернутого в плащ. И на то, как тот быстро, слишком быстро, убрал свою исписанную алыми письменами руку.
Так они и стояли, смотря друг на друга. Две пары ярких, небесно голубых глаз.
Затем, внезапно, Ренен вдруг понял, что больше уже не держит саблю у торса мужчины. Оружие, каким-то неведомым образом, вернулось ему обратно в ножны. А на его солнечном сплетении лежит рука странного мужчины.
– Сильная воля, – произнес себе под нос незнакомец, чье лицо скрывал капюшон. – добрая душа. Ты будешь хорошим отцом.
Затем мужчина повернулся к баронессе.
