– Вот так вот, значит, да?! Вот так молодые помнят имена почивших генералов прошлого?!
Юноша, от страха, вообще плохо понимал, что происходит. Он лишь смотрел на снежную пропасть, раскрывшую ждущие его объятья.
Он услышал топот ног и голоса стражников с соседнего поста.
– Седрик, угомонись. Или опять наряд от офицера захотел?
Чужие руки втянули юношу обратно на бортик.
– Нет, ну вы слышали, что он сказал?! Сказал, что сэр Безумный Генерал предал нас и…
– Слышали, Седрик, – кивнули бывалые. Они столпами возвышались над тяжело дышащим мальчишкой, который всем телом вжимался в надежный каменный зубец, ограждавший его от падения в ледяную пропасть.
– Восемь лет мы это слышали. Теперь, скоро, имя генерала отмоют и мы сможем спеть ему песни тризны."
"– Восемь лет, – прошипел Седрик и сплюнул мальчишку под ноги. – восемь лет я терпел, когда славу нашего прошлого топтали грязными ногами такие же невежды, как этот салага. Больше не собираюсь! Восемь лет, братцы, я ждал, чтобы спеть тризну по нашему генералу! Восемь, ублюдочных, бесчестных лет! И если меня отправят в наряд или палками выбьют за то, что я вколочу его поганые слова ему обратно в глотку, так пусть так тому и быть!
Пудовый кулак Седрик взмыл в воздух.
Юноша, от испуга, закрыл лицо руками. Он ждал вспышки боли, когда удар бывалого прилетит ему по лицу, но боли все не было и не было.
Неуверенно, полу-испуганно, мальчишка открыл глаза. Он увидел пять замерших фигур. Седрика, который так и не опустил кулака на лицо “салаге” и еще четверых бывалых, держащих его за предплечья и свободную руку.
Так они впятером, замерев, и смотрели куда-то за пределы крепости.
Мальчишка, не понимая, что происходит, выглянул за бортик.
– Что за…
Сквозь снежную бурю шла тень. Ветер трепал белый, меховой плащ. Юноша пригляделся и не смог поверить своим глазам. Это была шкура Белой Обезьяны ступени Короля. Монстра, с которым не справился бы и офицер-командующий крепостью.
Подойдя вплотную к волшебному щиту, тень вытянула перед собой руку. Полностью укрытая алыми татуировками, она с легкостью, не создавая возмущения в магии, прошла сквозь пелену, а следом из бурана показался мужчина.
Высокий, плечистый, покрытый мускулами и шрамами. С суровым лицом, длинными черным в волосами, в которых качались белые перья и разноцветные бусины.
И, несмотря на это, он выглядел молодого, красиво и, как-то, по-звериному дико.
Его плащ-шуба из шкуры белой обезьяны волочился по снегу, оставляя длинный шлейф, стирающий его следы.
