– Правда, прости… это было жутко глупо, – сигарета, сверкая тлеющим огоньком, улетела куда-то в сторону огней пока еще не заснувшего города. Её алый свет исчез среди стоп-сигналов бегущих по автостраде машин.
Елена держала в руках те фотографии, что ему прислали на почту. А рядом с ними сиял экран её смартфона. На нем, вереницей, прочитывались десятки смсок с угрозами шантажа.
– Глупо было не сказать, – ответил он.
Поверить в то, что все эти фотографии не более, чем невероятно умелая подделка было легко.
Так же легко, как обмануться любой иллюзией, когда и сам желаешь, чтобы ложь и правда поменялись местами.
Тем более легко это было сделать, когда Елена показала из каких именно фотографий были слеплены коллажи.
Что же, он всегда подозревал, что меценат, упрятавший его в уэту больницу, имеет особые постельные предпочтения. Но, тем не менее, даже несколько фотографий, которые показала Елена, могли бы разрушить карьеру этого честолюбивца.
Впрочем, как и многие другие…
– И во-сколько тебе обошлись эти фото? – задал вопрос скрипящий, механический голос.
Елена улыбнулась. Но фоне начавшегося дождя её слезы выглядели заблудившимися каплями. Каплями, которым было не дозволено стекать по столь прекрасному лицу.
– Ты не захочешь этого знать, – покачала она головой.
Внезапно его пронзило воспоминание. Воспоминание о том, как Елена, недавно, попросила посоветовать какого-нибудь не очень языкастого продажника.
Он спросил зачем, а она отшутилась.
Но с тех пор приезжала к нему в больницу не на своем любимом белом коне, а на такси.
– Твой Ройс…
– Заработаю на еще один, – отмахнулся Елена.
– Детективы, нынче, такие дорогие?
– Вообще – не очень, – её смех сквозь слезы звучал даже приятней, чем обычный. – Но когда нанимаешь семнадцать детективных фирм, то влетаешь в копейку.
– Семнадцать… рассказала бы – я бы добавил со своей стороны еще три.
– Целых три? – Елена картинно прижала ладонь к сердцу.
– Тебе не занимать щедрости, …
Его имя заглушил рев летящего к больнице вертолета. Кажется, везли какую-то очень важную персону. При этом внизу, в глухой пробке на съезде с кольца, стояло сразу три реанимационных кареты.
В этом мире деньги были силой."
"Это понимал даже он – калека, который не был способен контролировать собственное тело и чьи слюни утекали через специальную трубку, заведенную за ухо и спрятанную под длинными волосами.
