– Сегодня к Гуле ездил, – сказал Тимур, подливая чай.
– Как мальчик?
– Возил его гулять. Смешной такой, разговаривает! Увидел голубей и давай руками размахивать. Коляска у него, конечно, аховая. Еле до парка ее докатил. Как Гуля справляется, не знаю.
– Она сама купила?
– Государство выделило. Вроде как положено. Но проще пацана на руках носить, чем в такой коляске. В следующий раз, может, так и сделаю.
– А другую? – помолчав, спросила Динара.
– Что другую?
– Коляску другую.
– Дорого очень. – Он помрачнел.
– Я уже и так крутил, и эдак. Мне не по карману.
– Сколько?
– Если хорошая, с электроприводом, то под двести.
Динара молча кивнула. Записала себе мысленно: двести тысяч.
– А у тебя что? Как свекровь, не обижает?
Она с улыбкой покачала головой. Зачем что-то объяснять Тимуру? Пусть и дальше живет беззаботно.
– Я тут кое-что придумала… Один проект. Если удастся, будут деньги.
– Правда?
– Много!
– Мужа собираешься убить? – неуклюже пошутил Тимур.
– Раньше ты свою мегеру прикончишь.
Они встречались всегда в маленьких дешевых кафе – дорогие Тимур не любил. Объяснял, что не хочет чувствовать себя нахлебником, потому что платила всегда Динара. А ей не жалко было денег за то, чтобы поговорить с братом. И никакой он не нахлебник! Просто работы пока нет. Кризис. Стройки встали, многие оказались без дела. Как только появится хорошее предложение, говорил Тимур, я в первых рядах буду. И руку так смешно прикладывал ко лбу, по-пионерски.
– Как Надежда? – спросила Динара.
– Все так же.
Жена Тимура Динару не любила и к себе не звала. Они с Тимуром жили в ее квартире. Привести туда сестру в отсутствие жены он не смел – Надежда была женщина злая, наблюдательная и с развитым чутьем. Если бы она догадалась, что в доме побывали посторонние, Тимура ждал бы скандал. А скандалов он боялся.
Динара с жалостью посмотрела на старшего брата. Красивый какой… А под глазами морщины, и виски седеют.
Она однажды спросила: «Ты так и проживешь всю жизнь с этой склочной бабой? Почему не уходишь? Детей у вас нет, делить нечего».
«Маленькая ты еще, Динарка, – сказал Тимур. – Не понимаешь. Постарше станешь, объясню».
То есть, считай, ничего не ответил.
– Ты чего загрустила? – Тимур ласково накрыл ее руку своей.
– Встречаемся с тобой как любовники, украдкой. Ты, наверное, с Гулей своей так же шифруешься.
Он усмехнулся:
– Меньше. В тот район Надька не ездит, а сюда может и забрести.
