Учитывали расписание обхода надзирателей. Однажды придумали с Фаридом – так звали священника – новый план побега. Но для этого нужно было подписаться на мокруху. А пока я раздумывал, Фарид внезапно заболел. С ним случился приступ.
– Какой?
– Эпилептический, – отозвался Гройс. – А после паралич. Он уговаривал меня бежать одного, но я решил остаться с ним до конца. Когда Фарид понял, что я его не брошу, он мне кое-что рассказал. Много лет назад ему исповедался бандит… Награбили они со своими корешами столько, что на десять жизней хватило бы.
Ювелирный взяли. Но менты за ними шли по пятам, и бандит зарыл коробку с камешками в одном секретном месте. Его подстрелили. И перед смертью он рассказал Фариду, как ту коробочку отыскать. А Фарид передал мне. Когда он умер…
– …вы вынули его тело из савана, переложили на свою постель, а сами забрались в мешок и притворились мертвым?
– Вы дьявольски догадливы!
Ирма встала и захлопнула блокнот. Губы сжались в тонкую линию.
– Байками меня потчуете, Михаил Степанович?
– Хорошего человека и угостить не грех, – усмехнулся Гройс.
– Графа Монте-Кристо из вас не вышло!
– Как и из Оси Бэ, которого вы зачем-то из меня упорно лепите, – отозвался старик.
Он лег и закинул руку за голову, очень довольный собой. Долго же она слушала его историю, прежде чем сообразила, что ее дурачат.
– Курить хочу. Тащите сюда мою трубку.
– У меня не курят! – резко отозвалась Ирма.
– Нет трубки – нет мультиков. Знаете такой анекдот?
Она постояла, возвышаясь над ним, и лицо у нее было как у завуча, которому отпетый двоечник начал срывать открытый урок – пугающее сочетание профессионально скрытого бешенства и уверенности, что спустя короткое время гаденыш получит свое.
Но старик ухмылялся. Ему удалось немного отомстить ей за всю ту поганую болтовню, которой она его кормила.
Ирма вышла и мягко прикрыла за собой дверь.
Первый час Гройс лежал неподвижно. На второй начал греметь цепочкой. Он подергивал ее, болтал рукой влево-вправо и наслаждался дребезжанием.
Ирма застала его мурлыкающим «Катюшу».
– Хотите привлечь чье-нибудь внимание или вывести меня из себя?
– А можно и то, и другое? – оживился Гройс.
Она сухо улыбнулась.
– Насчет внимания я вам уже объясняла. Можете даже кричать, если пожелаете. Попробуете?
– Аа-а-а! – повысил голос старик. – Знаете, нет, что-то не хочется. Берегу горло.
– Разумно. Оно вам еще пригодится для диктовки.
– Да не буду я вам ничего рассказывать! – старик рассмеялся.
