– Можно посмотреть, каких именно голубей украли?
Старичок, не умолкая ни на секунду, извлек из кармана ключ – подобный тому, какой жители осажденного города вручали победителю, – и дважды провернув его, с кряхтением снял замок с двери. Голуби внутри заволновались. До Бабкина донесся странный запах: звериный, тяжелый.
– Прошу! Ознакомьтесь, товарищ следователь, с похищенными экземплярами!
Сергей, пригнувшись, шагнул внутрь, в заполненный курлыканьем сумрак.
– Вот павлиний голубь, которого Савельевы украли, – старичок указал на красивую белую птицу с веероподобным хвостом.
– Вон там николаевских восемь штук сидят, все самцы! А дутыш у меня был один-единственный. Полюбуйтесь! Пожарили в сметане! Такого красавца!
Прямо над головой Бабкина курлыкал длинноногий белый экземпляр с необычайно раздутым зобом, выглядевшим так, словно голубь проглотил клубок.
– Вы же говорите, украли его, – осторожно сказал Бабкин.
– Совершенно точно, товарищ следователь! Украли! – с готовностью закивал старичок.
– Единственный экземпляр?
– Одного лишь мог себе позволить! У Берковича купил! Знаете, сколько Беркович берет за дутышей? А я пенсионер, хотя и воевал, и разведчиком был в тылу врага – оттуда и любовь моя к голубям, они почту разносили между нами, разведчиками, и никто не понимал, каким образом товарищ Жуков все узнает заранее, а это благодаря мне было, у меня и диплом имеется!
Бабкин почувствовал, что его вот-вот затянет в этот бредовый мир с Жуковым, голубями и разведчиками и необходимо внести хоть какую-то ясность, чтобы скинуть морок.
– Как же вашего дутыша съели, когда вот он сидит?
Он ожидал простого ответа: завел нового, подарил Беркович, наградил маршал Жуков… Но старичок вдруг совершенно преобразился. В глазах его загорелся мистический огонь, плечи приподнялись и сам он стал как будто выше, пальцы затрепетали в воздухе. И подавшись к Бабкину, старичок шепнул:
– Они возвращаются!
Бабкин диковато посмотрел на него.
– Кто?"
"– Голуби! – старичок захихикал и потер руки. – Голубчики мои! Соседи, злодеи, думают, что они их съели… А птички-то вот где! Живые! Котяточки мои, детоньки мохноногие!
– О господи, – сказал Сергей.
Дутыш скосил круглый глаз, дернул хвостом, и Бабкину на плечо шмякнулась белая лепешка.
«Убью Макара».
– Ищи дальше, – безжалостно сказал Илюшин, выслушав по телефону краткий отчет напарника.
