Омер растерянно заморгал.
— Как я могу не хотеть, душа моя? Ты же самый красивый цветочек на свете.
Но Лале не сдалась, пока не взяла с Омера слово, что тот будет ее дедушкой вечно. Только мне призналась, когда я укладывала ее спать.
— Почему ты решила, что дедушка Омер передумает быть твоем дедом, малышка? — спросила я ее, поправляя подушку. Лале долго молчала, а потом проговорила скороговоркой:
— Плосто один уже пелехотел быть моим папой!
И отвернулась. А меня изнутри обдало волной жара, так что даже кончики волос запылали.
Чтоб под тобой земля горела, Дамир-бей! Как ты посмел обмануть моего ребенка? А я, дурочка, с тобой еще целовалась…
После того, как тест ДНК подтвердил отцовство, Омер заикнулся о том, чтобы мы с Лале переехали к нему в дом. Я случайно услышала, пришла звать их на обед, а они слишком громко говорили с Денизом. И я замерла у двери.
— Раз уж обе девочки будут носить фамилию Озден, логично, если они переедут ко мне, Эмир-бей, — начал отец, но Дениз его перебил.
— У тебя недостаточно охраны, Омер-бей. Ясемин и Лале останутся здесь, пока мы не представим ее обществу."
"— Но я скучаю по ним, особенно по внучке.
— Послушай, брат, я понимаю тебя, — голос Эмира зазвучал мягче, но это в сравнении. Насколько в принципе может мягко звучать голос этого человека. — Но ты как-то обходился без дочери двадцать лет, а теперь и дня прожить не хочешь.
— Ты правду говоришь, Эмир, — ответил ему отец, — но Лале так похожа на мою маленькую Ясемин.
Когда я на нее смотрю, словно переношусь в прошлое, где я был молодой и влюбленный. А моя единственная дочь называла меня папой. Если бы ты знал, брат, как я хотел бы вернуться в прошлое и все изменить. Я бы сделал все, чтобы моя дочь была рядом.
Я тихо на цыпочках отошла от двери до самой лестницы и уже оттуда затопала громче, чтобы меня было слышно. И теперь услышанное мне тоже не дает покоя.
Значит Омер запланировал мой выход в свет, и я понимала, что он когда-то об этом заговорит.
Но во-первых, я еще не решила, соглашусь или нет. А во-вторых, причем здесь Эмир Дениз?
И конечно, глядя на отца, я теперь не могу не думать, как могло быть, если бы наша с Омером связь не прервалась.
Мы подъезжаем к большому дому, огороженному высоким забором. Он не выглядит так кричаще роскошно, как дом тех же Денизов. Здесь больше сдержанной элегантности и стиля — того, что отличает коллекции люксовой серии от масс-маркета.
Нас уже ждут.
