— Ну что такое. Не плачь, маленькая. Деда не даст тебя в обиду, — пообещал Борис Иванович внучке.
***
Малышка почти успокоилась на руках деда. Она вцепилась в его плечи и что-то шептала на ухо. Хотелось бы понять, какие тайны сейчас выдает эта кроха.
Мужчина с Иришой на руках вышел из столовой и поднялся по лестнице, в сторону нашей комнаты. Только мы прошли мимо."
"— Борис Иванович, — окликнула я мужчину, — наша комната тут.
Свекор застыл, мрачно посмотрел на Романа, который шел за нами.
— Сам пока не разобрался с этим.
Кажется, и это фортель от мамы.
— Сама напрашивается… — мрачно проговорил хозяин дома.
— И что ты сделаешь ей? — хмыкнул Ромка.
Ответить мужчина не успел. Иришка встрепенулась, резко высвободилась от рук деда и кинулась в нашу комнату.
— Тики! Пойя выинуя Тики! — опять заистерила девочка.
— Ириша, мы обязательно найдем Тики, — пообещала я, хватая дочку, которая готова была сигануть в раскрытое окно за любимым мишкой.
— Кажется, это твое, кроха, — раздался знакомый до боли голос за моей спиной.
— Тики! Ти наёл Тики! — радостно закричала девочка, обнимая плюшевого мишку. — Сибо, — улыбнулась она отцу.
В сердце опять воткнулись тысячи острых иголок. Было тяжело наблюдать за моей егозой и Иваном, присевшим напротив нее на корточки. Как же они похожи...
— Не плачь больше, солнышко, — мягко проговорил муж, впервые в жизни вглядываясь в лицо дочери. — В этом доме у тебя много защитников. Я дядя Ваня, — представился он.
Казалось, слова отца не понравились малышке.
Она нахмурила темные брови, почти так же, как это делал сам Иван.
— Неть! — выдала кроха, развернулась и вновь прижалась к моим коленям.
На Ивана было больно смотреть. Он резко побледнел, словно его ударили. Я не понимала, что происходит, не мог же он догадываться, что Ириша его дочь.
Этого просто не может быть.
Но как тогда Борис Иванович узнал это? Он-то явно в курсе того, кто отец моей дочери. И судя по реакции дочери на деда, Ириша его хорошо знала. Только как все это прошло мимо меня?
Роману придется ответить на много вопросов, большая часть из них будет не очень приятная для моего старого друга.
— Кроха, а чего это ты вредничаешь? — тихо спросил Борис Иванович.
Только похоже Ириша не была настроена на ответ. Она помотала головой и опять уткнулась в мои колени.
— Иришик, но деда-то в чем виноват? — примирительно произнес Роман.
На минуту егоза притихла, затем развернулась к любимому дяде и дрожащим голосом выдала:
— Ёма, не очу па. Не очу.
