Удовлетворенный бегством конкурента, отец подошел ко второй жертве, и снова его грозный рык потряс саванну.
Солнце уже заходило. Молодой самец выходил на охотников. Когда он оказался на расстоянии семисот метров, Мбага поднял руку. Он мог сам выстрелить в этого льва, но предпочел предоставить эту возможность охотникам. С разных сторон раздались пять или шесть выстрелов. Первая пуля попала молодому самцу в лапу, и он заметался на месте. Вторая угодила в голову и опрокинула льва на землю, третья пуля попала ему точно в сердце.
Мбага вывел охотников на идеальную позицию, и почти никто не промахнулся. Дронго не стал стрелять. Он с грустью наблюдал за агонией молодого самца.
Но выстрелы услышал и глава прайда. Он еще не понимал, что происходит, но громкие звуки выстрелов его смутили. Ведь неизвестный конкурент шумел не менее громко, чем он сам, и, наверное, хотел претендовать на вторую добычу, что совсем не понравилось старому самцу. Он снова проревел, не понимая, что привлекает к себе внимание охотников, которые подходили все ближе и ближе.
Они были уже на расстоянии девятисот метров. Одна из львиц – скорее всего, мать изгнанного молодого самца, – почувствовав неладное, в последний момент метнулась к главе прайда, то ли пытаясь его защитить, то ли помочь ему оттащить вторую жертву для детенышей, но попала под выстрелы охотников. Одна из пуль – очевидно, из карабина – буквально отбросила ее на несколько метров, разрывая бок. Старый самец поднял голову.
Он уже догадался, что этот противник страшнее и сильнее всех, с кем он встречался до сих пор. Враг был еще более страшен тем, что его не было видно.
Еще можно было спастись, попытаться бежать. Но он только сейчас выгнал отсюда молодого самца, утверждая свое право на эту жертву, на свой прайд, на всю территорию, – и теперь просто не мог никуда уйти. Поэтому, подняв голову, лев отважно и смело ждал приближение неведомой смерти, даже не пытаясь увернуться. И сразу несколько выстрелов оборвали его жизнь.
Он и умер по-царски, с недоумением и презрением глядя на выходивших к нему охотников. Тяжело опускаясь на землю, еще успел подумать, что эти враги оказались не самыми страшными и он вполне мог с ними справиться… Но додумать свою мысль он уже не сумел.
Глава 11
Дронго видел смерть главы прайда. Он по-прежнему не стрелял. Его не прельщали лавры охотника на львов, так как он считал это состязание достаточно неравным.
