– Не понимаю, зачем ему нужно знать такие подробности, – явно смущаясь, сказала Джина, но тоже подошла к охотнику и тоже что-то тихо ему сказала. Выслушав его вопрос, уточнила свой ответ. Он ей тоже ответил, и Джина широко улыбнулась. Затем подошла к Бинколетто.
– Все в порядке, – сообщила она, – он разрешил нам принять участие в охоте.
– Тогда решено, – сказал Бинколетто, – собирайте свои вещи. Оружие и припасы Альберто погрузит в автомобили. Поедем на внедорожниках по пять человек в каждом.
– Может, взять Альберто с собой? – предложил Дронго.
– Кто-то должен помогать вам с оружием и снаряжением.
– Когда мне начнут помогать, я окончательно пойму, что совсем постарел, и больше не поеду на охоту, – возразил Энцо. – Именно поэтому я оставляю Альберто здесь. На охоте должны работать все. Все, кроме женщин, разумеется.
Джина взглянула на Дронго, все еще улыбаясь.
– Неужели вы знали, почему он нас не пускает? – спросила она.
– Догадывался, – пробормотал Дронго, – если это связано с функциональностью женского организма.
– Господи, как вы смогли выговорить это по-итальянски? – спросила Джина. – Он объяснил нам, почему должен знать про «функциональность нашего организма».
– Ваша кровь, – сказал Дронго. – Если у вас критические дни, то запах крови могут почувствовать звери, даже на большом расстоянии. Верно?
– Откуда вы знаете?
– Догадался. У масаев нет таких гигиенических предохраняющих средств, какие есть у европейских женщин. И они не пускают своих женщин на охоту именно в силу этих причин.
Они улыбнулись друг другу.
Примерно через час все выезжающие собрались во дворе. Женщины были в брючных костюмах. Альберто складывал оружие в машины. За руль второго автомобиля должен был сесть сам Энцо Бинколетто. Рядом с ним находился Мбага, на заднем сиденье разместились Дронго, Бретти и Джина. Во второй машине за рулем сидел Антон Вермишев, рядом Ишлинский, на заднем сиденье – Женя, Стригун и Араксманян. Третий ряд в обеих машинах был отдан под оружие и припасы. Ровно в половине десятого утра два автомобиля выехали на север.
На террасе стояла Люба, которая помахала им рукой. Вместе с ней в доме остался Альберто и все, кто здесь обычно работал. Машины двигались по заросшей невысокой травой саванне.
– Прайд львов находится за рекой, – пояснил Мбага. – В него входит лев-самец, три львицы и детеныши. Их пятеро или шестеро. Есть еще один молодой самец, которого отец пока не изгнал из прайда. Мы не должны стрелять детенышей, это запрещено законом.
