Он вчера очень нагло себя вел, ронял наш багаж, хамил и просто достал всех своим поведением. Стивен уволил его прямо в аэропорту и отнял у него ключи от микроавтобуса. Наверное, водитель решил таким образом отомстить.
– Водитель был африканцем? – уточнил Глейстер. Он принципиально не говорил слово «черный».
– Да. И именно он, видимо, убил. Сразу после своего увольнения, – убежденно произнес Энцо.
– Этого не может быть, – Глейстер закрыл глаза и потер переносицу. – Белый хозяин не сможет просто так уволить своего водителя, если тот африканец.
Нужно еще получить согласие их профсоюза. И в подобных случаях они всегда бывают на стороне своих. У белых, как вы догадываетесь, нет ни одного шанса получить согласие профсоюза на увольнение. Но мы проверим вашу версию.
– Это не мог быть водитель, – вмешался Дронго. – Он не стал бы ждать у дома до двух часов ночи. Ведь он знал, что Фостер встречает друзей, с которыми потом поедет в отель и на ужин. Водитель должен был понимать, что Стивен может вернуться и в три часа ночи, и в пять утра.
Ждать всю ночь у дома Фостера сразу после своего увольнения было глупо по двум причинам. Во-первых, бывший водитель прекрасно знал, что Фостер обязательно задержится. А во-вторых, нужно проверить бумажник убитого. Вы можете сказать, что нашли в его карманах?
Глейстер просмотрел протокол и поднял глаза на этого настырного адвоката:
– Я же сказал вам, что это было не ограбление.
– Вы нашли бумажник? – упрямо переспросил Дронго.
– Бумажник был на месте, – сообщил Глейстер.
– Несколько кредитных карточек, водительские права, клубное удостоверение… И даже деньги. Нет, его убили не из-за этого.
– Сколько денег? – продолжал настаивать Дронго.
– Около двухсот рандов, – ответил Глейстер.
– У него в бумажнике было несколько тысяч рандов, – пояснил Дронго, – и еще несколько купюр по пятьсот евро. Я видел его бумажник, когда Стивен вчера вечером расплачивался с официантом. Он достал кредитную карточку, но в бумажнике было много наличных денег.
– Первый раз в жизни встречаю такого наблюдательного адвоката, – усмехнулся Глейстер. – Неужели вы обратили внимание на содержимое его бумажника?
– Конечно. Он был потертый, коричневого цвета, достаточно большой, сделанный, очевидно, из кожи какого-то животного. Внутри обшит бархатом, снаружи натуральная кожа. Я его сразу запомнил.
Дронго еще не закончил, когда Глейстер наклонился, вытащил из стола бумажник и положил его на стол.
