О чем она вообще думала, решаясь на такой рискованный шаг? На что надеялась? Поставила на кон все, что у нее было, но проиграла…
Но мне было ее не жаль, вот нисколечко. Тот, кто ставит свои низменные цели выше счастья других, достоин строгого наказания.
— Ну же, Лусия, ты не сможешь держать личину вечно, — напомнил Бэлтрен. А по ее лицу, как по водной глади, пробежала рябь, исказив черты. — Мне нужен твой магический отпечаток прямо сейчас. Сделай это, и я подумаю, как смягчить наказание.
Она сдалась. Ее даже не пришлось просить дважды.
Глубоко вздохнув, Лусия Ортис приняла истинный облик. Ее лоб покрылся испариной, а под глазами образовались жуткие тени. Губы побледнели, как у мертвяка. Да уж, недаром запрещено копировать силы метаморфа. Они нанесли Лусии больший урон, чем проверка магического отпечатка.
Бэлтрен отпустил ее и встал рядом со мной, скрестив руки на груди. Весте мы наблюдали за тем, как Лусия Ортис оставляет отпечаток своей магии. Вот она вскинула руку, и с ее пальцев сорвался сероватый дымок, взвившийся к потолку.
Он все рос и рос, наконец, став похожим на серую тучу. Кое-где проглядывали небольшие светлые пятна, казавшиеся звездами на чернеющем небе.
— Нет, — я покачала головой, рассматривая отпечаток. — Ничего похожего. Она не та, кого мы ищем, Бэлтрен.
Одно я отметила: магические силы как будто отражают всю сущность их обладателя. Серая душа Лусии Ортис повлияла и на ее способности, наделив темным даром. Небольшие светлые пятна не в счет. Хотя, они все же есть. И если Лусия возьмется за ум, кто знает, вдруг и ее магия станет белой и сияющей.
— Спасибо, достаточно, — проговорил Бэлтрен.
Лусия откинулась на подушки и закрыла глаза.
— Она нам больше не угрожает, — сообщил мне Бэлтрен. — По крайней мере, этой ночью. Сил ушло слишком много. А еще ей нужен лекарь. Как бы я ни был зол и раздражен поступком, Лусия Ортис моя подданная."
"Слуги перенесли Лусию в ее покои, дон Тито вызвал лекаря. А Бэлтрен окутал комнату Лусии магическим экраном, на случай, если она все же решится сбежать.
Хотя… Сбежать в ее состоянии — сильно сказано. Скорее уползти, и то вряд ли.
— Выходит, это все же Селсо Перес, — спросила я, оставшись с Бэлтреном наедине. Нам не спалось, и он предложил выпить по рюмке хереса в каминном зале, успокоить нервы и обсудить происшествие. — Он напал на тебя в ту ночь?
Бэлтрен медленно и неохотно кивнул. Разумеется, сложно поверить, что друг детства, тот, кому ты безгранично доверял, оказался предателем.
