Шелестов приказал Бергеру встать у покореженных ворот и контролировать подъезд к объекту от центра, в случае появления эсэсовцев предупредить выстрелом. Сам же, передав конструктора Когану, повел группу к внутренним воротам.
Очевидно, что работники цеха слышали стрельбу и потому тут же закрылись. Но у диверсантов был главный конструктор. Шелестов кивнул Когану, тот, не особо церемонясь, толкнул ученого к майору.
Шелестов приказал:
– Обеспечьте, чтобы ваши подчиненные открыли дверь.
– Но… – перепуганный насмерть конструктор попытался возразить, Максим прервал его:
– Никаких «но».
Или работники открывают дверь, или я стреляю тебе в живот, забираю документы, и мы уходим. Подыхать будешь мучительно и медленно. И никто не сможет тебе помочь. Ну?
– Я… я… понял. Эй, доктор Беренс, инженер Хаген! Это Айзенберг. Откройте, мне угрожает опасность.
Секундное замешательство, и дверь открылась."
"Толкнув Айзенберга на работников, офицеры спецназа ворвались в пристройку. Упавших немцев пристрелили тут же.
Оставшиеся сотрудники секретного цеха бросились к южной части, где была лестница на террасу. Ничего глупее они придумать не могли. Рядом, у западной стены, на деревянных поддонах стояли реактивные снаряды калибра более трехсот миллиметров. Туда спецназ не смог бы стрелять. Но сработал стадный инстинкт. Офицеры ударили из четырех автоматов, сотрудники посыпались по лестнице, рухнули на пол. Все препятствия в дополнительном цехе были устранены.
Шелестов помог Айзенбергу подняться.
Того трясло, как в лихорадке.
– Зачем… вы всех?
– А они что, здесь хлеб для бедных пекли? Или делали снаряды? Как вы любите говорить, господин Айзенберг, каждому свое. Сосновский!
Рядом вырос офицер в немецкой форме:
– Я, командир.
– Средство уничтожения боевой части с собой?
– Да, забрал, когда выходил к боковым воротам.
Командир группы взглянул на конструктора:
– Нам надо уничтожить один из снарядов первой партии.
– Да какая партия? – Главный конструктор стал приходить в себя.
– Слева – снаряд для имеющегося на полигоне орудия, второй – для другого, которое должно прибыть из Нюрнберга.
– Разница между ними есть?
– Нет. Левый – фугасный, правый – осколочно-фугасный.
Подошел Сосновский с колбой:
– Здесь, Айзенберг, средство, уничтожающее любое взрывчатое вещество. Вопрос – как до него добраться. Боевые части установлены на цилиндр?
Айзенберг испугался:
– Какое средство? Любое воздействие на снаряд вызовет мощнейший взрыв.
