Я еще не переварила их, как и иронию того, что я читаю преступную историю любви, а потом кто-то вламывается в мой дом в ту же ночь.
– Я приеду к тебе, – заявляет Дайя, когда я замолкаю.
– Сегодня я буду убираться в доме, чтобы подготовить его к ремонту, – отвечаю я, чувствуя себя измотанной уже от одной мысли об этом.
– А я помогу. Будем пить, чтобы было интереснее.
На моем лице появляется слабая улыбка. Дайя всегда была хорошим другом.
Она моя лучшая подруга еще со средней школы. После выпуска мы продолжили общаться, даже когда разъехались в разные колледжи.
Следующие несколько лет возможность видеться у нас была только по праздникам и на ежегодной ярмарке призраков.
Я бросила колледж через год после поступления и занялась писательской карьерой, а Дайя получила степень в области IT. Каким-то образом она влилась в некую хакерскую группировку и стала народным мстителем, разоблачающим правительственные секреты.
Она – самый большой сторонник теории заговоров, которого я когда-либо встречала, но даже я в состоянии признать, что дерьмо, которое она раскапывает, вызывает беспокойство и имеет слишком много доказательств, чтобы считаться одной лишь теорией.
Несмотря на это, наши профессии предоставляют нам достаточно свободы в повседневной жизни. Нам повезло больше, чем большинству.
– Я очень ценю это. Увидимся, – говорю я, прежде чем повесить трубку.
Вздыхаю и смотрю на дневники, лежащие на столешнице передо мной. Я еще даже не дочитала первую книгу, а уже нервничаю по поводу продолжения. С каждым словом мне хочется все больше отречься от Джиджи.
Почти так же сильно, как хочется быть ею.
12-е апреля, 1944
Он снова пришел. Осмелюсь сказать, что я была бы расстроена, если бы он этого не сделал.
Джон ушел на работу, Серафина была в школе. Едва дом опустел, я уже была у окна. Должна признать, я не горжусь этим.
В этот раз он вошел в дом.
Я застыла на месте. В ужасе от того, что он сделает, и ожидая этого.
Когда он явил мне свое лицо, не укрытое тенями, у меня перехватило дыхание.
Он красив.
Пронзительные голубые глаза.
Волевой подбородок. И он большой.
Очень большой.
Он приблизился ко мне, все еще не говоря ни слова. Он ласкал мое лицо своими пальцами.
Так нежно. Он обошел меня по кругу, позволив своим пальцам проскользить по моей коже.
Я дрожала и улыбалась под его прикосновениями. Его же улыбка заставила мое сердце остановиться в груди.
А затем он ушел. Без единого слова.
Я едва не начала умолять его остаться, но сдержалась.
Он вернется.
