Говорю, а у самой сердце стучит так надрывисто, гулко. Что боюсь, он услышит его. Потому тороплюсь завершить разговор:
— Извини, мне пора.
— Вита, стой! — окликает.
Молчу.
Он роняет:
— Прости.
Я кладу трубку раньше, чем что-то ещё прозвучит. Совершив пару вздохов, замечаю, что скомкала лист. Документ для налоговой явно испорчен! Придётся печатать по новой. Может, добавить его телефон в «чёрный список»? Тогда будет проще представить, что это привиделось мне.
Глава 2
Отец ушёл от нас достаточно рано. Мне было одиннадцать.
Я помню, как он с чемоданом стоял у двери и прощался со мной. Помню тёплые папины руки, раскаяние в голосе:
— Малыш, ты же знаешь, что я тебя очень люблю.
— А почему тогда ты бросаешь меня? — прошептала сквозь слёзы.
— Не тебя, — он вздохнул, — Не бросаю.
Это было последнее наше объятие. Папа уехал в Израиль. Обнаружил еврейские корни по матери. Женился на той, кому письма писал, ещё будучи в браке с моей.
Он много раз приглашал меня в гости. Но видя мамино лицо, я не ехала. Жалела её! Представляла, как буду в Израиле, с новой отцовской семьёй.
А она будет здесь, в одиночестве. Нет, у матери были мужчины! Но замуж она так и не вышла. Предпочла быть свободной от клятв.
Когда мама работала там, я была второкурсницей. И часто ходила в её магазин. «ЗлатаРус» — это сеть ювелирных салонов. А вообще, это холдинг, в котором есть много чего. Ювелирный завод, сеть отелей и банков, ресторан, казино. Казино уже нет…
Моя мать была главной в салоне. Администратор, а девочки ей подчинялись.
Все они были чуть старше меня. И воспринимали согласно «дресс-коду». Не гнали, смеялись, пускали померить, когда позволяло отсутствие публики. А уж там было, что мерить!
Жемчуга, самоцветы, различные сплавы. «ЗлатаРус» создавала линейки изысканных украшений. К каждому празднику и сезону у них были коллекции. А одна из коллекций была напоказ. И в центральной витрине всегда красовались огромные по размеру бриллианты, чёрный и белый. На одном из колец — сразу два! Я всегда удивлялась, как можно такое носить? Один раз даже мерила.
Но под строгим надзором девчонок. Не дай бог уронить, поцарапать. Там цена запредельная! В жизнь не расплатишься.
А в тот день, изучив все новинки, я закончила свой «променад» у витрины с бриллиантами. Чёрный и белый, мужское и женское. На ум приходила символика «инь — ян». Грани камней преломлялись под светом искусственных ламп. Витрины всегда были очень красивыми.
— Выкладка — самое главное, — любила повторять моя мама.
