Она отвернулась:
— Нормально.
«Как будто не знаешь», — прочёл по глазам. Её вид, утомлённый, болезненный, вызывал… Даже не жалость! Нет. Кажется, в этот момент, в этой длинной футболке, с ярко-рыжим пучком из волос, я любил её больше, чем даже когда-либо. Я любил её всю! И всё в ней…
Я спохватился, сбежал за тортом. Там, в пакете хранилось ещё кое-что. И ждало своего появления.
— Трюфельный, твой любимый, — поставил на стол коробочек с тортом.
Витка хмыкнула. С тоской поглядела на выпечку:
— Я попозже, окей? А ты налегай.
Тебе можно.
Она была близко. Такая родная и хрупкая. Как же он мог так обидеть её, поломать? Сделать больно тому, кого любишь…
«Моя милая рыжая девочка», — подумал с надеждой, — «Я покажу тебе, что это значит, любить. Я никогда не обижу тебя! Только дай мне возможность быть рядом»."
"— Вит, я хотел…, - произнёс и нырнул рукой в пакет, что лежал на коленях. Достал свой подарок. Кольцо. И поставил его перед ней, — Выходи за меня?
Она совсем не удивилась. Как будто ждала, что услышит подобное.
— Бриллиант? — уточнила.
— Он маленький, но настоящий. Я заработаю, больше куплю, — поспешил объяснить.
Я работал уже, проходя преддипломную практику, подменял преподавателя. А, став аспирантом, стабильно вёл лекции у новичков. Правда, денег на этот подарок едва ли хватило. И пришлось подработать у бати в цеху.
— Зачем? — прошептала она.
Я не знал, что ответить. Опять говорить о любви? И поэтому тупо сказал, что хочу быть отцом для её нерождённого чада…
Как она взвилась! Вскочила, глаза полыхнули огнём:
— Ребёнку? Так ты… Ты знаешь? Это мама тебя позвала? Это она?
Я поспешил успокоить её:
— Она просто сказала.
Я сам! — не хватало ещё, чтобы будущей тёще влетело.
Витку, однако, совсем не обрадовал мой «благородный порыв».
— Захотелось прослыть благодетелем? Спасибо, не нужно! Я справлюсь сама, — прокричала она.
— Ну, зачем ты так, Вит? — я расстроился, — Ты же знаешь, что я к тебе чувствую?
Она так мучительно скорчилась, как будто её сейчас вырвет.
— Костя! Найди себе девушку! Нормальную, без вот этих проблем.
И женись! И детей заведи. У тебя должны быть свои дети.
Я нахмурился, глядя перед собой. Помню, заметил, что дверца у них покосилась на мусорном ящике. Обычное дело. Фурнитуру сменить, и будет как новая! Так отец поучал. И заставлял меня делать работу по дому. В то время как я уже начал писать диссертацию.
— Я люблю тебя, Вита! Я буду ребёнка растить, как своего. Вот увидишь, я буду хорошим отцом, — заговорил торопливо.
