— Это сложная процедура и ответственная. Мальчик талантливый. Ближе к сентябрю ему скажем. Так что не волнуйся о том, что он нам надоедает. Не надоедает. Уже свой почти.
— Как же это здорово! — улыбнулся я, подумав, что новость не просто хорошая, она прекрасная!
Каретниковым есть чему научить мальчишку. Мало того, у них в семье лад, и дети из таких семей обычно знают, как строить гармоничные семьи.
К каше я не притронулся — ничего в горло не лезло. Нужно придумать, чем себя занять, иначе можно сойти с ума, причем деятельность должна быть связана с общением.
Наша компания собирается вечером, но мы с дедом не в состоянии вести тренировку, да и желателен перерыв. К тому же до вечера надо дожить.
Что я хотел сделать, но не успел? Свести Бориса с художником, Наташку погнать в театральный кружок. Может, с ней схожу… И маму надо уговорить с нами поехать.
Поблагодарив хозяев, я побежал домой. Отчитавшись о состоянии отца, я откопал в ящике номер художника, уж и забыл, что его Эрик зовут, если б не записал, не вспомнил бы.
Вместе с Борей мы позвонили из аппарата, что возле почты, и попросили неизвестную женщину позвать хозяина пятой комнаты. Я напомнил о себе и передал трубку Борису.
Дальше пусть договаривается сам, не маленький, тринадцать лет скоро. А ведь если Каретниковы решатся усыновить Яна, к которому пока только приглядываются, он будет учиться в Борином классе. И у брата тоже появится друг из Каретниковых.
Найдя занятие Борису, я предложил маме поехать в центр устраивать Наташку в театральный, встретил бешеное сопротивление сестры — дескать, взрослая я уже.
И мама предложила всем нам пойти на дачу эксгумировать картошку и собирать помидоры, чему сестра, конечно, предпочла поискать театральный кружок.
Если бы не ранение отца, мы дружно выгуливали бы деда или страдали фигней, а так я лихорадочно старался заполнить действием все пустоты в душе, где гнездились дрянные мысли.
На даче меня атаковал Тимофей. Про отца я ничего ему не сказал, просто объявил, что вместо тренировки у нас работа в огороде и поставил его на лопату.
Выкопав часть картошки, мы с мамой собрали урожай, полили баклажаны, перец и крошечные арбузики. Они всегда вырастали мелкими, им почва не подходила, но мама не сдавалась и каждый год пробовала новый сорт.
Вечером я снова позвонил в больницу и получил такой же ответ, как и утром.
И следующим утром ничего не изменилось, кроме голоса врача — теперь он был хриплым мужским.
И вечером.
