Злость дочери на отца можно обернуть против него… Нет. Мне нельзя светиться нигде и ни перед кем. Значит — осторожно выведать, на каких складах и в каком городе у него металл — ну а вдруг дочь знает? Если нет, думать дальше.
В идеале бы завалить самого Алексиса, но, думаю, подобраться к нему будет непросто, а снайперки-то нет. Обрез — оружие ближнего боя.
Домой мы поехали с Борисом на автобусе. Я вышел на остановке Ильи, сказав, что заночую у него, Борис отправился к нам. Было десять часов вечера, Димоны уже покинули боевой пост, и я поднялся на пятый этаж, позвонил в дверь Илюхиной квартиры.
Открыл мне Илья, его родители еще не вернулись. Глянув на мое лицо, он понял, что дела плохи. Я молча разулся, прошел в кухню, сел, подперев голову, и сказал:
— Менты ничего не хотят делать. Девочек и правда отбирают на продажу в бордель. И я не знаю, что дальше.
— Так… Может, моего отца подключить? Он поднимет общественность…
— Нет следов, — проговорил я. — Непонятно, где девочки. Обвинять некого и не в чем.
Жуков типа ни в чем не виновен. Это будет поклеп на честного человека.
Эх, будь Илья взрослым, мы бы справились без проблем…
Был бы у меня хотя бы мотик!
— Так давай соберемся и…
— И что? Кому мы что предъявим? Я не знаю, что делать, и мне от этого хреново, очень хреново.
На самом деле я отлично знал. Только нужно выведать место, где находятся девочки, и я рассчитывал на вольную или невольную помощь Лены Костаки. Либо же надо поехать в Горлинку и побеседовать с Жуковым.
Илья заходил по комнате вперед-назад, почесал голову…
Плешь! Если не получится с Жуковым, то можно попробовать допросить сутенера, эта сука точно в курсе, кто занимается похищением девочек, потому его девок никто и не трогал.
— И все-таки соберемся… — заладил Илья, пылая гневом праведным.
Я мотнул головой:
— И пойдем на головорезов с голой жопой?
— Ты не понимаешь! Поднимем шумиху и… — заладил Илья.
— Эти люди расстреляли Семецкого. Закроют нас в подвале, девочек перевезут или, того хуже, убьют…
— Но нельзя ведь просто смириться! Я не смогу!
— Никто не сможет.
— Если их не остановить, это будет продолжаться.
— Конечно, — кивнул я.
— А что твой отец?
— Ему пригрозили расправой, и он слился. Установка отпустить Жукова поступила сверху.
Илья потер лоб.
— Я спрошу у своего отца, что можно сделать. У него куча знакомых журналистов.
— Нам нужно знать место, — сказал я, вставая. — Это для начала.
— Ты куда? — встревожился Илья.
— К своим шпионам, — соврал я.
