Маша замкнулась в себе, после вчерашнего «эксперимента» и моего «прозрения» она ждала, что я в любой момент могу сбежать, бросив ее одну, беременную, мутировавшую в странное существо с зеленой кожей и обладающее единственной способностью — внушать любовь и вожделение к своей особе. Впрочем — это ведь тоже оружие. Даже я не мог противиться ее зову, если, конечно, на мне не было изумруда. Вот когда он был, да еще и специально заговоренный, что усиливало его действие в несколько раз, тогда ее магия ничего не могла против меня.
Я прекрасно понимал, что, если я брошу ее вот так, как есть, и сбегу — судьба ее незавидна. Подопытный кролик, не более того. А ребенок? Если родится ребенок? Хмм… почему — если. Родится, конечно, и я его… отец?! Очуметь! Вот это я накрутил проблем… как-то не могу себя представить отцом. Это что получается — у меня здесь жена с ребенком, там жена… пока без ребенка, и я буду летать между мирами, чтобы время от времени посещать своих жен? Лихую игру творит со мной моя судьба, моя жизнь.
Ну что поделаешь — разве я виноват? Я обрел свою личность только вчера, и надо сказать спасибо судьбе, что я все-таки ее обрел. Могло быть совсем иначе — прожил бы жизнь тут, с Машей, растил бы детей… Кстати, она все-таки на это надеялась, очень надеялась на то, что я останусь с ней навсегда.
Этой ночью мы не занимались любовью. Просто лежали и молчали, думая каждый о своем. Среди ночи, проснувшись, я услышал, как Маша тихонько всхлипывает.
Хотел ее приобнять… но не решился. Люблю ли я Машу? Сложный вопрос… такой всеобъемлющей, искрящейся страсти, как к Василисе, к Маше у меня нет. Спокойная, размеренная приязнь… любовь? Можно назвать это и любовью. Мне с ней комфортно, она красивая женщина, мне хорошо с ней в постели, хорошо по жизни — она умненькая, веселая и просто хороший человечек. Да, делаю вывод — я ее люблю. По-другому, чем Василису, но все-таки люблю. Интересно, как восприняла бы Василиса весть о том, что у меня в другом мире жена, да еще и с ребенком.
От нее можно ждать чего угодно — от просьбы познакомить с соперницей до удара кулаком в глаз, чтобы не прелюбодействовал. И проверить, как это все будет выглядеть, можно только тогда, когда я к ней прилечу. Женщины существа непредсказуемые, и во что это выльется — бог его знает.
Мы сидели за столом, пили чай — машина придет за нами только через час, так что было время и позавтракать, и собраться.
