Ты что, не видишь, что я, когда выхожу, тональным кремом мажусь? Так вот, теперь я зеленый человечек! Типа инопланетянка!
— Нимфа… — автоматически сказал я, и в голове мелькнула картинка какой-то невероятно прекрасной женщины с зелеными распущенными волосами.
— Что ты сказал? Какая нимфа? — встрепенулась Маша.
— А я что-то сказал? Не помню, — растерянно ответил я, — правда, не помню.
— Ты сказал — нимфа!
— Значит, так и есть. Не знаю, зачем я это сказал. Хмм… сам не понимаю. В голове вертится — нимфа, нимфа — и все тут.
И еще… с этим словом связано одно дело… интересно, получится?
— Что именно?
— Попробуй внушить мне любовь к себе. Ну-ка! Просто представь, что я тебя люблю, что тебя страстно желаю, что к тебе отношусь как к божеству. Попробуй.
Маша полежала неподвижно, потом уселась на постели, отбросив одеяло, сложив руки и ноги в позе медитирующего Будды. Затем распахнула зеленые глаза и вперилась в меня, как будто гипнотизируя.
Меня как кипятком ошпарило! Я почувствовал такой прилив сексуального желания, что аж затрясся.
Зарычав, как зверь, буквально в прыжке бросился на Машу, завалил, раздвинул ноги и вонзился в нее, не обращая внимания на вытаращенные глаза подруги, на слабые попытки меня оттолкнуть, и минут пять яростно скакал на ней, пока не излился в мучительно сладких, почти болезненных судорогах. Перед глазами у меня стояли яркие сполохи, голову распирала кровь, и опомнился я только тогда, когда Маша перевалила меня с себя на постель, тяжело дыша и вздрагивая от непрекращающегося, невероятно длительного оргазма.
— Что это было? — выдавила из себя она, заикаясь и прижимая руку к вздрагивающему животу. — Ты же меня практически изнасиловал! А такого бурного оргазма у меня никогда не было! Что такое было?
— Нимфа. Так это назовем. Я помню, что те, кто так умеет делать, называются нимфами. Ты теперь умеешь вызывать сексуальное желание у мужчин, и у женщин тоже — у тех, кто бисексуален или же вообще любит только женщин. А может, и у обычных женщин — не знаю. Это у меня в памяти.
Сильная нимфа. Но не самая сильная, какие бывали. В памяти у меня мелькает одна женщина, перед которой я ползаю по земле, как червяк, и целую ее ноги.
— А может, попробуем? И передо мной поползаешь? — коварно усмехнулась Маша. — А мне понравилось, скажу тебе! Ты был такой… ненасытный, такой… первобытный — я в восторге! Интересно, а можешь ли ты от этого защититься? Ну от моего воздействия, от любовной магии?
— Да. Специальные заклинания. А еще изумруд.
