Что и было уже дважды.
В общем, мы решили построить другой дом, и подвижки к этому делу уже начались. Среди клиентов, посетивших нас, был человек из горисполкома, с которого, конечно, денег не взяли, но он нам помог с оформлением участка. Участок оформили на Машу. Сорок соток, возле леса. Через неделю там должны были появиться рабочие — мы нашли строительную бригаду и договорились с прорабом. Дом из красного кирпича, с черепичной крышей — что может быть лучше? Даже проект дома был уже готов. Суждено ли было мне в нем пожить? Я не знал.
Время покажет… только вот Маша всполошилась и заговорила об отъезде. Да куда мы денемся? Везде найдут. Тут надо устраиваться…
В комнату вошла хмурая Маша, а за ней следом уверенный в себе, нагловатый опер, тот, который приходил к нам с Федорчуком. С ним рядом хорошо одетый, лощеный мужчина лет тридцати с небольшим, отличающийся от знакомого опера так, как отличается от уличного мальчишки-хулигана домашний пай-мальчик в штанишках на лямочках. Однако взгляд этого человека выдавал мента — изучающий, пристальный, оценивающий.
Так оно и оказалось — этот «лощеный» был оперуполномоченным ОБХСС, и он желал пригласить меня на беседу в РОВД. О предмете беседы капитан Сеглов не распространялся, но тут и так было ясно — предметом беседы станет наша коммерческая деятельность. Второй опер, один из тех, кто меня когда-то пытался убить, поглядывал странно, как будто определяя — тот ли перед ним человек или не тот. Само собой — странно, когда человек, забитый до смерти и самолично похороненный в яме, вдруг стоит перед тобой — здоровый, красивый и весь из себя важный.
Это вызывает мистический страх. Даже у атеистов и циников.
Вообще-то, по-моему, я у них обоих вызывал некий страх. Мне так казалось. Ну а почему и нет? Один знал о моем странном воскрешении и при этом знает информацию о том, как вылечиваются мои посетители. Все вылечиваются, без исключения. Второй не чужд мистики, и чем больше убеждаешь себя в том, что магии нет, колдуны, ведьмы и все такое прочее не существуют, а в голове бьется мысль: а вдруг? А если правда?
В общем, оба опера были вежливы, корректны и чуть не с поклонами пригласили меня в РОВД на беседу с начальником.
Прямо сейчас.
Маша перепугалась. Она знала, чем частенько заканчиваются визиты в милицию, и прекрасно помнила, чем закончился визит в милицию у меня чуть больше месяца назад. Однако делать нечего — я собрался, обул сандалии и пошел за своими то ли конвоирами, то ли почетным эскортом.
