Опять — откуда? Задумался, но решил разобраться с этим после. Тем более что есть свой, персональный психиатр. С титьками второго размера…
Самокопанием лучше всего заниматься в постели. Отдыхая между очередными любовными актами. По крайней мере, мне это так казалось. Скорее всего, ведущие психоаналитики и психотерапевты со мной не согласятся. Те, кому за семьдесят.
Снова удалившись в комнату с фотоальбомом, я последний раз бросил взгляд на лицо мужчины, которого собираюсь вызывать, и, вздохнув, начал читать заклинание.
Через десять минут манипуляций руками и выкрикиваний непонятных слов в воздухе проявился силуэт человека, похожего на того, которого я рассматривал на снимках. Сейчас ему было лет за пятьдесят, и видок его был не так чтобы очень здоровым — серый, глаза тусклые, лицо угрюмо, а возле рта залегли глубокие складки.
— Ты чего же это наделал, уважаемый? — обратился я к духу. — Зачем ты попрятал деньги? Оставил семью без средств к существованию?
— Все равно Петька бы все пропил, — парировал призрак, — сколько ни дай, все в водку пустит.
А так — я правильно поступил. Спрятал, и все тут.
— Хмм… наверное, правильно. Покажи, где спрятал деньги.
— Пойдем за мной!
Призрак проплыл через закрытую дверь, я пошел следом — мне пришлось ее распахнуть. Потом выплыл во двор, подлетел к собачьей будке и встал над ней:
— Вот здесь. В трехлитровой банке. Крышкой закатал и спрятал, ямку выкопал. Пусть забирают. Спасибо тебе, что помог моей семье, моей дочке. Помоги еще и жене, прошу тебя.
— Хорошо.
Свободен. Что-то передать семье? — спохватился я, но призрак уже растаял в летнем горячем воздухе.
Посмотрев за внимательно наблюдавшим псом — помесью кавказской овчарки и носорога, решил, что задачу свою выполнил, а выкапыванием денег из-под брюха этого монстра пусть занимаются другие. Те, кто его кормит и поит. Больно уж не хочется ходить покусанным, даже если это и заживет в считаные часы.
— Ну что, получилось? — дрожащим голосом спросила подошедшая Вера.
— Получилось, — утвердительно кивнул я и с интересом спросил: — А чем вы кормите такую орясину? Он же сжирать должен больше, чем вся ваша семья!
— Полкашка… он молодец, — с уважением и приязнью сказала Вера, — у нас как-то своровать хотели со двора — цыгане зашли, так он их так драл, только тряпки летели.
А то бы последнее утащили. Я в заводской столовой беру для него объедки, мне разрешают. Если бы не таскала оттуда продукты — мы бы и не выжили. Теперь-то все будет по-другому!
— Да, по-другому.
