– Ты этого хотел, да? Довести Витиелло до слез."
"– Не ту Витиелло. Пусть даже я никогда не видел девушки, которая плачет красивее тебя, я никогда не хотел твоих гребаных слез.
По какой-то причине это вызвало новую волну слез, которые, казалось, разозлили ее еще больше. Я просунул одну руку под колени Марселлы, другой обхватил ее спину и поднял Белоснежку на руки. Вместо того, чтобы сопротивляться, она расслабилась в моих объятьях. Меня застало врасплох то, что это со мной сотворило. Волна привязанности и желания защищать захлестнула меня и чуть не сбила с ног.
Я положил ее на кровать и погладил по спине. Уверенный, что она не хочет подпускать меня близко, я отошел, желая пройтись по лесу, чтобы проветрить голову и придумать план.
Она метнулась вперед, хватая меня.
– Нет, останься со мной.
– Марселла, ты…
– Останься.
Я растянулся позади нее и заключил в объятия. Я никогда не обнимал ее так, просто показывая свою привязанность и желание утешить. Я не помнил, когда в последний раз хоть кого-то обнимал.
– Дальше будет только хуже, – прошептала она. – Твой дядя хочет сломить моего отца, но его невозможно сломить, поэтому Эрл делает это со мной.
Я знал, что она была права. Возможно, мне следовало предвидеть это, но я слишком отчаянно жаждал мести.
– Я защищу тебя, – поклялся я. Эта клятва будет моим падением, я чувствовал это в глубине души. Но я не собирался забирать свои слова назад.
Когда спустя час я вышел из комнаты от спящей Марселлы, моя голова все еще кружилась. Я не знал, как убедить Эрла совершить обмен, особенно после нашей стычки.
Дядя наверняка все еще злился на меня. Общая комната была заполнена мужчинами. Слухи о моей реакции на пытку Марселлы распространились, судя по любопытным и иногда вопросительным взглядам, летящим в мою сторону. Я лишь кивнул братьям по клубу и вышел на улицу, не желая оправдываться.
Я бродил по лесу, когда заметил Грея. Он сидел, сгорбившись, на поваленном дереве и курил. Волосы спадали на его лицо. Он, как и я, был полноценным членом клуба с пятнадцати лет, хотя обычно в ряды байкеров принимали с восемнадцати.
– Эй, почему ты прячешься здесь? – спросил я, подходя к нему ближе и опускаясь рядом. Удивленно взглянув на меня, Грей предложил закурить, и я взял сигарету.
Он ничего не ответил, лишь искоса посмотрел на горящий кончик. Сделав глубокую затяжку, я заметил кровь Марселлы на своих пальцах. Новая волна гнева, смешанная с отчаянием из-за безнадежности ситуации, обрушилась на меня.
