Света уставилась на экран, чувствуя, как сердце пускается в пляс. Арсений стоит, и смотрит прямо в глазок, словно знает, что она наблюдает за ним. Вот бы его впустить. Пусть видит, что она не одна. Пусть ревнует. Чушь, господи, что за детский сад. Женщина замерла, глядя на своего бывшего, который полез в карман. Господи, только бы он не открыл своим ключом. Нет, достал мобильник. Дорогой, не таким как он пользовался раньше. И вообще не похож на себя: одежда дорогая, даже взгляд другой –ледяной, острый. Порезатьсяможно.
Мерлин замер за ее спиной, она физически почувствовала напряжение повисшее в воздухе. Он вдруг резко метнулся в сторону.
- Где мои вещи? – прошипел. Глаза блестят лихорадочно. – Куда ты дела мои тряпки- схватил ее за локоть, зло зашипев.
- Мне больно,- шепотом ответила Света, но он ее словно не услышал,- да что происходит?
Марлен смотрел на монитор. Неужели это ловушка. Дурак, ну как он мог так попасться. Боже. Флешка, осталась в его брюках. Она была его страховкой, шансом спастись. А сейчас за дверью маячит человек, информация о преступлениях которого, записана на маленьком информационном носители.
И эта блаженная, судя по всему, очень даже хорошо его знает. Мужчина едва сдержался, чтобы не захохотать. Тряпки то похоже принадлежат его убийце. И судя по всему в них его и похоронят. А информация сладкая. Если попадет в нужные руки, Арсению Самойлову лет двадцать корячится, и не на курорте. Твою мать. Расслабился. Поверил этой курице, глядящей на него с испугом, и слезами в глазах.
- Ты его знаешь?
Легкий кивок. Конечно знает.
- Сука, ты меня специально сюда приволокла. Ненаглядного своего спасаешь?
Молчит. Тварь. Самойлов на экране вдруг развернулся. И пошел по лестнице, яростно что-то крича в телефон, своему собеседнику.
- Я ничего не знаю,- тихо выдохнула Светлана.- Скажи мне, чего ты испугался. Это мой бывший. Он оказался подонком, и мы расстались. Вчера. Я возвращалась домой осле разговора с ним.
Господи. Как же хочется верить, что эта красавица говорит правду.
- Света, ну не бывает таких совпадений,- уже спокойно сказал Мерлин. – невозможно.
- Значит бывают,- дернула она острым плечом. Ему страшно захотелось сжать ее в охапку, и просто вдыхать запах растрепанных белокурых волос. И она это почувствовала, подалась навстречу, обдавая елочно-мандариновым ароматом."
"- Я помогу тебе,- шепнула тихо, но он разобрал каждое слово.- Только расскажи мне все. Не хочу, чтобы это выглядело только как месть обиженной женщины.
