— Но я ведь поддерживал ее…
— Поддерживать мало! Для Анфисы мало.
— Мне, что, с ней самому начать шить?!
— Ты так нихрена и не понял! — рявкает она.
— Не понял!
— Вот и вали тогда! — Аглая толкает меня в грудь. — Не понял он! Вот сначала пойми, а потом лезь к ней со своими планами на третьего ребенка! Какой же ты баран, Герман!
— Объяснить не судьба?!
— Нет, — хватает меня за лацканы пиджака и всматривается в глаза. — Это надо самому понять и прочувствовать, тупица. У вас все повторится, Герман. Вы опять разбежитесь.
Опять. Одного желания быть вместе вам мало.
— Ба! — кричит из гостиной Афинка. — Ты там, что, папу бьешь?
— Нет, но очень хочется, — шипит мне в лицо Аглая, — во второй раз мой муж и старший сын тебя точно убьют, Герман. Второго развода ты не переживешь. И, кстати, она сейчас не дома, если что, а в главном ателье. Я так подозреваю, что опять заперлась, но у меня есть ключи. Надо?
Глава 57. Это она и есть
Чувствую себя подростком, который решил вломиться к бывшей подружке.
Медленно, аккуратно и тихо проворачиваю ключ в замке стеклянной двери, прислушиваюсь и жду криков, но в пустом ателье тишина.
Захожу и также тихо запираю дверь.
Мне становится неуютно среди швейных манекенов, будто они сейчас кинутся на меня, недовольные моим вторжение.
Торопливо выхожу из главного зала ателье в мрачный коридор, и до меня доносится тихая музыка.
Может, мне стоит уйти?
Может, моя теща права?
Ну, выйдет у меня сейчас убедить Анфису, что мы со всеми сложностями и трудностями справимся, а потом?"
"Когда поутихнут наши страсти, когда жизнь войдет в колею обычной бытовухи, в которой я — опять муж и отец, а Анфиса — жена, то что нас ждет?
Сколько мы продержимся?
Конечно, нам подыграет наше упрямство.
Раз мы сошлись опять, то быстро мы не сдадимся и будем тащить и тащить отношения, которые стоило бы сразу обрубить. А лучше было бы их вообще не начинать.
Но если мы не попытаемся, то в наших сердцах точно останется разочарование и сожаления до конца наших дней.
Мы будем вспоминать друг друга и периодически нарушать мнимое спокойствие наших жизней.
В коридоре останавливаюсь перед фотографиям, на которых запечатлена улыбчивая Анфиса и ее сотрудники. На некоторых снимках она позирует с наградами, которые она выиграла в новых конкурсах за эти два года.
А меня не было рядом.
И не я ее фотографировал.
Кто-то другой. Может, теща или тесть, с которыми я вижу ее на следующей фотографии.
