– Может, я сама хотела посмотреть меню и заказать, ты мне весь кайф обломал, – проворчала я, разглядывая помещение. По части бухтения я, можно сказать, ас.
Мое заявление явно расстроило парня. Он, чуть пригнувшись ко мне, сделал умиленные глазки и произнес, жалобно растягивая гласные:
– Ну вот. Я ведь хотел тебе сделать «сладкий сюрприз» и попросил принести фирменные сладости.
– Ладно-ладно, только не смотри на меня так. Люди подумают, что я тебя обидела. Ну где там Князева и Ник?
– Клара и Олечка, – голосом подчеркнул имя возлюбленной Дэн, – находятся на втором этаже – я уже говорил тебе.
Кстати, раз ты уже здесь, и нам пора на второй этаж.
– А как же мои сладости? – возопила я, уже порядком устав от сегодняшней беготни. Столько ярких событий разом случалось со мной только в первом классе, когда меня учительница в цирке забыла, а я полезла в гримерку к клоунам, чтобы дать им важные, с моей точки зрения, советы о том, как быть еще смешнее. Я и в гримерке побывала, и у клеток, и в кабинете директора цирка, и в милиции, и в детской комнате… Хотя вообще-то выпускной после девятого класса мне тоже надолго запомнился большим количеством событий.
После официальной части в актовом зале и торжества в кафе несколько наших мальчишек, я и еще пара девчонок решили повеселиться. Кто-то купил алкоголь. Мы, смеясь и веселясь, гуляли по улицам, катались с хохотом в трамвае от конечки до конечки, тусовались у кого-то в квартире и в конце концов решили съездить на кладбище, чтобы проверить себя на смелость и попрактиковаться в вызове духов.
Хорошо, что я быстро бегала и меня сторожа не поймали… А кому-то ведь не повезло.
– Сейчас шепнем официанту, чтобы принес заказ наверх. Кстати, наши объекты нас не заметят, все столики отделены друг от друга перегородками. Мы будем сидеть к Ольге очень близко, поэтому не кричи так громко, как ты это умеешь.
– У меня просто строение связок такое, – обиделась я. – Зато я петь умею громко.
– Не сомневаюсь, – парень на миг отлучился, подойдя к барной стойке, а потом, так же быстро вернувшись, схватил меня за руку и поволок по винтовой лестнице с резными перламутровыми перилами, на которых лениво переливались мерцающие отсветы от настенных антикварных (или лжеантикварных) светильников в виде больших свечей, дающих эффект настоящей горящей свечки.
Так мы и оказались на втором этаже, в спокойном местечке, где за отдельными столиками вили свои любовные гнездышки те бездельники, которые возжелали романтики.
