Я хотела уже направиться к туалетам, чтобы поискать их там, как меня остановили, окликнув. Сделал это незнакомый мне светловолосый, длинный и стройный, скорее даже худой парень в кедах в черно-белую клетку и в шикарном красном шарфе. Шарф был обмотан вокруг его шеи раза в четыре, но даже при этом казался длинным – бахрома на его концах доставала парню до самых колен. В руках окликнувший меня держал большой ярко-розовый коктейль.
– Девушка! – увидел он меня и бросился в мою сторону, оттолкнув зазевавшуюся тетеньку, которая тут же огрела его сзади сумкой по плечу.
Но обладатель красного шарфа не обратил на нее никакого внимания."
"– Девушка. Девушка! – сначала я подумала, что он зовет не меня и, вопросительно подняв брови, указала себе в грудь пальцем, спрашивая невербально, действительно ли я нужна этому шалопаю?
Увидев мой жест, молодой человек отчаянно закивал, чуть не потеряв пирсинг-кольцо из нижней губы. Он вплотную приблизился ко мне, внимательно вгляделся в лицо и спросил достаточно тонким для парня его возраста голосом:
– Как вас зовут?
– А тебе-то что? – с великим подозрением уставилась я на человека-шарфа.
– Девушка, я хочу знать ваше имя! Пожалуйста, скажите.
– Зачем тебе мое имя?
– Мне нужно знать его, – умоляющие нотки в его голосе немного смягчили меня. – Прошу…
Хм, он хочет познакомиться со мной? Приятно, конечно, но крайне не вовремя. У меня сейчас другая забота, так что извини, чувак.
К тому же ты не моего формата: слишком тонкий, слишком женственный, слишком длинноволосый. Тебе до Дэна и до Ника (особенно до него!) очень далеко, хотя кое-кто считает твой тип идеальным.
– Ну, скажи свое имя, – видя мое недоумение, без спросу перешел парень на «ты». – Мне просто позарез надо знать.
Ух ты, как я его зацепила! У меня еще никто с таким выражением лица имени не выспрашивал. Я даже слегка подобрела.
– И все же, как твое имя?
– Мария, – не видела я смысла скрывать свои личные данные.
Мария да Мария. Сколько Маш в городе? Вот пусть потом и ищет, если приспичит.
– Мария… Ага, значит, я прав! – непонятно почему обрадовано воскликнул парень и, перекинув шарф назад, вдруг выдал:
– Ты, что ли, Бурундук?
Вот так вот орлу второй раз за день пришлось стать мумией имени самого себя, падающей с высокого неба в болото надежд. Понимаете метафору? Обидно было – жуть.
