После шутки в клубе они со Смерчем еще не встречались, хотя последний очень настаивал на личной встрече по телефону, сказав, что у него к Челке «большой важности дело». Черноволосый парень отлично понимал, что за дело к нему у друга, а потому на эту встречу не спешил, рассудив так – пусть Дэн сначала забудет розыгрыш, а потом и потусуются они вместе, глядишь, расправы и не последует.
– Ладно, красотка, пойду я. У тебя есть выбор – пойти со мной или остаться скучать тут одной, – еще раз попытал счастья парень, которому было скучно одному.
Вместо ответа Таня помахала Челке рукой.
– Как хочешь, – отозвался тот, забирая с лавки гитару.
Порыв ветра, который в этот достаточно теплый и солнечный день изредка трепал волосы прохожим и с силой гладил деревья по зеленеющим макушкам, запустил в волосы парня какую-то засохшую травинку. По бледным рукам девушки, одетой в платье без рукавов, – пиджак остался в аудитории вместе с сумкой, поползли мурашки, и она невольное поежилась. Челка заметил это и усмехнулся.
– На, – стянул с талии клетчатую рубашку он и ловко накинул на голые плечи Тани. – А то замерзнешь.
Накинул и убежал, оставив Таню в оцепенении от такой наглости. Она даже замерла. От рубашки вполне сносно пахло сигаретным дымом и… вроде бы больше ничем. По крайней мере чем-то неприятным, хотя это было очень странно, потому как такой неприятный тип должен – нет, просто обязан! – иметь какой-нибудь отталкивающий запах!
А еще он не выбросила пустую бутылку из-под колы, оставив ее на лавочке, и выбрасывать ее пришлось девушке.
– Идиот, – прошипела Татьяна, снимая чужую рубашку, и тут же пожалела – ее по голым рукам хлестнул новый порыв ветра. Девушка посмотрела на наручные часы, тоненькой золотой змейкой обвивавшие запястье, и поняла, что ей пора. «Окно» заканчивается, и скоро начнется последняя пара, на которой нужно быть. Встав с лавки, девушка окинула Смерча и его дурочку, вновь над чем-то весело смеющуюся, внимательным взглядом. Ей не нравилось, что эти двое сидят спина к спине.
Дэн – ее! И как только эта девица посмела заявить на него свои права?
Отступать Татьяна не любила, а потому твердо решила, что избавит своего Смерча от этой Маши.
К четвергу Дэнв совсем ожил и, перестав грустить о своей неведомой Лазурной, гонял по всему универу бодрым и радостным милашкой. Я тоже почти перестала злиться на него, стараясь занять свои мысли или учебой, или Ником. Его я встречала пару раз, и даже здоровалась с ним и с его другом в очках.
