Именно здесь ждал префект Святослав арабское войско, и именно сюда оно пришло. Оно просто не могло миновать Бильбаис, ведь все пути вели к этому городу. Да и затягивать Амр ибн аль-Ас вроде бы не хотел. Если он разобьет зарвавшегося мальчишку в одном сражении, то потом война превратится в методичное истребление разбежавшихся по гигантской стране отрядов. Тут были склады зерна, и отсюда открывался путь на Гелиополис и Вавилон, после взятия которых падение Египта станет лишь вопросом времени."
"Самый полноводный из рукавов Нила, Букольский, патрулировали огненосные корабли, что прикрывали все более-менее удобные места для переправы.
План сражения был выверен до мелочей, а выбранное поле измерено шагами не раз и не два. Казалось бы, ну что может пойти не так? Но арабы почему-то не нападали, маневрируя вдоль берегов Нила. Они, не отягощенные обозом, были совершенно неуловимы для пешей армии префекта Святослава. И они сами хотели выбрать время и место битвы.
* * *— Ведьма!
— Язычница! Дикарка!
— Ведьма проклятая!
— Грешница! Ты виновна!
— Святотатство!
— Камнями побить ее!
Крики раздавались под окнами дворца префекта Египта.
Площадь Месопедион была запружена народом. Сюда пришли тысячи. Разъяренные горожане безумствовали, возбуждаясь от воплей друг друга и передавая друг другу свой гнев. Кузнецы и ткачи, горшечники и лавочники, стеклодувы и ювелиры. Все они трясли кулаками, брызгали слюной и сыпали угрозами. Над городом нависла черная туча мятежа, тем более страшная, потому что враг стоял в неделе пути от великого города.
Коста ужом ввинтился в массу людей, порами кожи впитывая гнев просыпающегося зверя. Привычным глазом он шарил по толпе, выискивая самых горластых, и иногда присоединялся к негодующим воплям. Над площадью стоял тяжелый запах пота разгоряченных мужиков. Повсюду он видел перекошенные злобой лица и раззявленные в крике рты. В одной толпе стояли ромеи, иудеи и египтяне, чего не бывало вообще никогда.
Только общая ненависть могла сплотить этих людей, резавших друг друга столько лет.
Не успел! Не успел! — билась в голове Косты тревожная мысль. — Слишком мало времени! Кто нас переиграл? Когда? И, главное, как?
— Грешница! — крикнул он и ткнул в бок соседа, гневно трясущего кулаком. Тот, судя по натруженным рукам, перепачканным в глине, еще сегодня утром лепил горшки. — А что случилось-то, почтенный?
— Ты не знаешь? — округлил глаза сосед.
