"
"Амр не стал спешить, словно неопытный юнец. Он понимал, что его вынуждают делать то, что нужно врагу, но ничего поделать не мог. Он был не властен над событиями, теперь они вели его. Но, тем не менее, к ним нужно будет подготовиться как следует.
Последняя ночь в лагере прошла так, как всегда проходила ночь перед большим сражением. Воины молились, а имамы наставляли тех, кто еще плохо знал заветы новой веры. Жизнь была проста. Имамом становился тот, кто знал больше и понимал лучше. Тот, кто знает Коран и свято следует его заветам.
Таких, помнивших наизусть священный текст, называли хафизами, и сюда их пришло немало. Рассвет войско встретило в строю, а Амр ибн аль-Ас руководил молитвой. Не было смысла нападать внезапно, ведь уже ни для кого это не было тайной.
Что собирались сделать эти воины? Ведь лестницы на такой высоте не выдержат вес человека, а строить метательные машины арабы еще не умели. Не умели они делать и осадные башни. Они брали города измором или, как Халид, в свое время, могли бросить на стену крюк, влезть туда с ловкостью обезьяны, перебить охрану и открыть ворота.
Здесь уже было две таких попытки, но оба раза изрубленные тела были сброшены на землю. Тут несли стражу на совесть.
А вот самый простой таран, укрытый свежими кожами, арабам сделать было под силу. И именно он двинулся вперед, влекомый тремя десятками воинов. Стрелы, которые полетели со стены, не причинили никому особенного вреда. Лишь двое были ранены, и один убит, пока таран доехал до ворот.
Воинов, подкативших таран к воротам, прикрывали десятки лучников, укрывшихся за большими щитами. Они выбивали смельчаков, которые лили на крышу тарана смолу и кипяток, или бросали большие камни. Мерный стук остро отесанного бревна извлек из груди мусульман торжествующий крик. Древнее, как сама земля Востока, орудие не меняло своей конструкции тысячи лет. Да и зачем менять то, что само по себе является совершенством. Камни, стрелы и кипяток не причиняли арабам особенного вреда.
Крыша тарана была сколочена на совесть, ведь на нее пошло все дерево, что сумели найти в соседних деревнях, брошенных жителями. Не прошло и нескольких часов, как створки ворот жалобно хрустнули, обнажив запорный брус. Застучали топоры, расширяя проем.
Мусульмане радостно заорали, потрясая оружием, и ринулись к воротам. Прорубить их теперь и сбросить запор — просто пара пустяков. А копья и стрелы, которые летели в пролом створки, уже никого не пугали.
