Чтобы судить об их участи, достаточно было повнимательнее посмотреть в глаза Шмеля. Холодные глаза профессионального убийцы.
— Ну вот, Максим Давыдович, — обратился Тарантул к Сергееву. — С этого момента можете считать, что вашей жене ничего не грозит. Этот старикан — дедушка Гамзаева, а у «пиковых» такое родство крепче стали. Можете звонить, предлагать обмен и назначать «стрелку».
— Почему бы вам не сделать этого самому? — спросил Сергеев.
— Не хочу светиться раньше времени, — спокойно пояснил Тарантул. — Пусть «пиковые» думают, что пока все осталось по-прежнему, и не знают ни о том, что ваш шеф приехал, ни о том, что подмогу привез.
Зачем раньше времени раскрывать козыри?
— Но если…
— Говорю же вам, этот старик — гарантия безопасности вашей жены.
— Они говорили, что, если я не буду слушаться, они Юльку трахать будут… — В горле Сергеева стоял комок, говорил он с ощутимым трудом.
— А вы им скажите, что если они к ней хоть пальцем притронутся, то мы этого деда по кругу пустим. Они тогда с нее пылинки сдувать будут.
Знаете, в девятнадцатом веке, когда Российская империя завоевывала Кавказ, был такой случай. Какой-то вайнахский вождь захватил несколько десятков заложников и потребовал у генерала Ермолова, который тогда командовал нашими войсками, чтобы тот дал ему за их жизни выкуп. А Ермолов в ответ прошел с отрядом по семнадцати горским селениям, захватил в каждом из них по старейшине и обещал, что, если заложников не вернут, он всех их повесит. И заложников вернули как миленькие, никуда не делись.
У них старейшина — это святое. А этот дед сейчас старший в роду Гамзаевых, Расул не посмеет ничего сделать. Только прошу, говорите напористее. Сможете?
— Смогу, — словно приняв важное решение, сказал Сергеев. В его глазах наконец появилась надежда, он судорожно сглотнул и взялся за телефон. — Расул? — спросил он, набрав номер и подождав несколько секунд. — Это Сергеев… Ага, здоров. И ты не кашляй… Короче, дело есть… Давай окончательно решим все наши проблемы. В общем, приезжай со всеми своими на карьер… Да, «стрелку»… Жена, говоришь? Это ты, Расул, правильно сделал, что мне напомнил… Позвони-ка своему дедушке, сделай милость… Как какому? Тому самому, которому ты на Пролетарской квартиру снимаешь… Да не держи ты меня за идиота, Расул, лучше набери по-быстрому номер и звякни деду, тогда и поговорим.
К концу разговора голос Сергеева звучал уже совершенно уверенно. Видимо, реакция его собеседника подтвердила слова Тарантула.
